мой маленький ленин всё ещё жив,
ворочается, не даёт покоя,
достанешь шкатулку, он пионерским значком уколет –
добр и горяч этот миф.
на великах до Кремля и обратно,
пока мама не видит вроде бы,
футбол во дворе, кино, пляж у Мемориала,
кафе «Сказка» и кинотеатр «Родина».
фонтан на Театральной богат на копейки,
бежим наперегонки, топочем, как лошади –
собирай побольше и пей-ка
газировку с сиропом на площади.
актовый зал КГУ, скелет белуги,
клятвы торжественной звуки,
мочедержанья муки,
руки, в приветствии вскиданы руки
и алая петля на шее…
овощной на углу.
В этом доме Радик убил мужа любовницы,
они прятали тело несколько дней,
пили, пока не надоело,
ох, и милиции понаехало,
было дело…
тёплый батон и ледяное молоко из литровой стеклянной тары
в три часа ночи –
нет ничего вкуснее.
с детской коляской в очереди за бананами,
а оно надо нам?
Надо нам… надо нам…
дозревают в авоськах в темнушке…
лыжня на Чёрном Озере,
осторожно выкручиваем из новогодней иллюминации лампочки
...набарагозили...
уже тогда я тянулся к книгам –
разбили ночью стекло в ларьке «Союзпечати» –
две пачки «Вечерней Казани» по Баумана разбросали.
первая сигарета «БТ» – брат вернулся из армии,
а папа умер,
первая реклама, спирт в пакетиках,
сколько ещё в башке моей мумий?..
затылок прогрызают мыши,
прорываются в гущу набальзамированных событий…
мой дедушка ленин всё ещё дышит –
не хороните его, не хороните…
В древней Греции, один алкаш запалил библиотеку,его спросили:зачем?"История меня будет помнить"И мы читали будем помнить гениальное творение поэта до скончания века.Виват!
Пушкин - велик, да! )
Извините,я не знал, что вы под Пушкина косите.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Я закрыл Илиаду и сел у окна,
На губах трепетало последнее слово,
Что-то ярко светило — фонарь иль луна,
И медлительно двигалась тень часового.
Я так часто бросал испытующий взор
И так много встречал отвечающих взоров,
Одиссеев во мгле пароходных контор,
Агамемнонов между трактирных маркеров.
Так, в далекой Сибири, где плачет пурга,
Застывают в серебряных льдах мастодонты,
Их глухая тоска там колышет снега,
Красной кровью — ведь их — зажжены горизонты.
Я печален от книги, томлюсь от луны,
Может быть, мне совсем и не надо героя,
Вот идут по аллее, так странно нежны,
Гимназист с гимназисткой, как Дафнис и Хлоя.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.