Я на троих делю бухло,
Дрожит рука, видать взволнован –
Всем по семь булек… Повезло:
Три стаканá, как меркой – вровень!
Посудой звякнули светло,
В подъезде эхом отразилось.
А вот с закуской, как назло…
Скандал с женой, попал в немилость!
Гляжу сквозь тусклое стекло
К вину привыкшего стакана,
Куда полжизни утекло
В угарном сумраке сознанья.
И, отгоняя муху-грусть,
Машу извилиной, взволнован –
Стакан наполовину пуст?
А, может быть, настолько ж полон?
Как будто в лоб забили кол
Дилеммы сей наиважнейшей,
Во всём виновен слабый пол –
«Шерше ля фам!», ищите женщин!
Ах, как прекрасна эта жизнь,
И пусть полна двойного смысла –
Уже поддатый оптимист
Да переспорит пессимиста!
Тот жил и умер, та жила
И умерла, и эти жили
И умерли; к одной могиле
Другая плотно прилегла.
Земля прозрачнее стекла,
И видно в ней, кого убили
И кто убил: на мёртвой пыли
Горит печать добра и зла.
Поверх земли метутся тени
Сошедших в землю поколений;
Им не уйти бы никуда
Из наших рук от самосуда,
Когда б такого же суда
Не ждали мы невесть откуда.
1975
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
