Наступила зима, а на улице пахнет весной,
озорные коты заказали подобие марта,
и теперь, напрягая свой голос, балдеют под вой,
не волнуясь, что снег упадёт, не сегодня, так завтра.
Ощутив, что с природою что-то творится не так,
приютившись на голых ветвях, встрепенулись вороны,
какофонии этой весенней качаются в такт –
бесшабашный мотив их сердца очерствевшие тронул.
Только небо, за облачной шторой сокрыв окоём,
всё никак не проснётся, ворочаясь с бока да нá бок,
ветром мирно сопит, наслаждаясь увиденным сном,
так не хочет рассвета, который от сырости зябок.
А за небом, за звёздами, вечный замедлив полёт,
заглянув во Вселенную, кошек жалея немножко,
Демиург тихо гладит по шёрстке и нежно поёт,
задремавшую Землю тихонько качает в ладошках.
Квартиру прокурили в дым.
Три комнаты. В прихожей шубы.
След сапога неизгладим
до послезавтра. Вот и губы
живут недолго на плече
поспешным оттиском, потёком
соприкоснувшихся под током,
очнувшихся в параличе.
Не отражает потолок,
но ежечасные набеги
теней, затмений, поволок
всю ночь удваивают веки.
Ты вдвое больше, чем вчера,
нежнее вдвое, вдвое ближе.
И сам я человек-гора,
сошедший с цирковой афиши.
Мы — дирижабли взаперти,
как под водой на спор, не дышим
и досчитать до тридцати
хотим — и окриков не слышим.
(1986)
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
