Поэтическое восприятие жизни, всего окружающего нас — величайший дар, доставшийся нам от поры детства. Если человек не растеряет этот дар на протяжении долгих трезвых лет, то он поэт или писатель
***
Старушка в кафетерии под "Прагой",
плащ-пыльник серый
(летнее пальто).
И древних башмаков
потёртое лото.
И цвет лица
газетною бумагой.
История арбатская под "Прагой"...
***
... и запахи -
моча, лекарства, мыши.
Но шарфик газовый
и шляпочка "с изгибом".
- Бабуль, заказывай.
- Два пирожка с вязигой.
***
Как воды глубокИ -
не сунешься,
да пыльная покорная усталость,
движения тихИ,
не суетны.
Все умерли.
Одна осталась.
***
А сладкий чай
и пирожки с вязигой,
как связь времён,
как временнЫе стражи...
Прошелестев беззвучное
"спасибо"
(и смятым в ком платком
утерши губы),
она пойдёт к себе,
на Сивцев Вражек.
***
И ты,
глядевшая на всё это
украдкой
(так свеж был интерес
провинциалки)
когда-нибудь
внесёшь в свою тетрадку
слова о леди
из арбатской коммуналки.
Девушка пела в церковном хоре
О всех усталых в чужом краю,
О всех кораблях, ушедших в море,
О всех, забывших радость свою.
Так пел ее голос, летящий в купол,
И луч сиял на белом плече,
И каждый из мрака смотрел и слушал,
Как белое платье пело в луче.
И всем казалось, что радость будет,
Что в тихой заводи все корабли,
Что на чужбине усталые люди
Светлую жизнь себе обрели.
И голос был сладок, и луч был тонок,
И только высоко, у царских врат,
Причастный тайнам, — плакал ребенок
О том, что никто не придет назад.
Август 1905
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
