Лужа ляжет как зарежет. Плавай, мойся, пей до дна.
Пусть воткнет лопаток между дождик подлая весна.
Из карманов руки в реки, стынет синий шум воды.
В ожиданиях сирени вишней бесятся сады.
Ряску желтую поймает онемевшая рука,
под ремнем гормон вздымает рясу, рвется с поводка,
выше птичьих песнопений поднебесный поцелуй.
На остаток зимних пенсий бабка справила метлу,
улетает, исчезает, мусор собран и сгорел,
заливается слезами тряпка в мусорном ведре.
Проросла душа из пяток, испарилась до вершин.
В огородах топот тяпок, умиление души,
труд навоза и насоса возрождают грядкин труп.
Над весной склонился космос и теплеет на ветру.
На братских могилах не ставят крестов,
И вдовы на них не рыдают,
К ним кто-то приносит букеты цветов,
И Вечный огонь зажигают.
Здесь раньше вставала земля на дыбы,
А нынче — гранитные плиты.
Здесь нет ни одной персональной судьбы —
Все судьбы в единую слиты.
А в Вечном огне виден вспыхнувший танк,
Горящие русские хаты,
Горящий Смоленск и горящий рейхстаг,
Горящее сердце солдата.
У братских могил нет заплаканных вдов —
Сюда ходят люди покрепче.
На братских могилах не ставят крестов,
Но разве от этого легче?..
1964
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.