На улице сука, на улице ветер,
На улице "мерзлые" сукины дети
В песочницу гадят на площади красной,
Песочные бомбы фигачат фугасно.
Заборчик кремлевский рихтуют термиты.
Кирпичные морды мнят "член" в сателлиты.
На корточках бритых советских иллюзий
Ползут фавориты в терновник диффузий.
Закашлялся дятел задолбанно-сухо
В кремлевское ватно-медвежее ухо.
Петлею войны зверя вздернув, качало...
Китайская тля на загривке кончала.
На улице "мерзлые" сукины дети,
На улице сука, на улице ветер...
Отцы пустынники и жены непорочны,
Чтоб сердцем возлетать во области заочны,
Чтоб укреплять его средь дольних бурь и битв.
Сложили множество божественных молитв;
Но ни одна из них меня не умиляет,
Как та, которую священник повторяет
Во дни печальные Великого поста;
Всех чаще мне она приходит на уста
И падшего крепит неведомою силой:
Владыко дней моих! Дух праздности унылой,
Любоначалия, змеи сокрытой сей,
И празднословия не дай душе моей.
Но дай мне зреть мои, о боже, прегрешенья,
Да брат мой от меня не примет осужденья,
И дух смирения, терпения, любви
И целомудрия мне в сердце оживи.
1836
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
