Так много, что не сказать, спросить,
просить, молчать, заголосить
и снова молчать… много надо сказать —
видеть дважды осмысленные глаза,
завесью конопатящие образа,
между морганием выманить тихий миг,
между «закрыть – открыть» — звонкий миг
ловить, соединить ещё и ещё один
в плотный густой нескончаемый клин,
мять, катать, давить в тонкий блин,
обернуть вокруг головы, вывернуть на-
изнанку глаза, голоса, думающий гранат.
И всё это р а з — в о п л о т и т ь во плоти,
кистью на слой извести нанести —
начать рисовать заново:
Солнце лица,
волос обрамляющий стронций,
красивую арку брови близнеца,
прямой волнолом храбреца,
стоящий на горизонтали губы
и ниже — пошире вторая, абы
никто не забыт и ничто не забы-
…
Вы, Нина, думаете, вы
нужны мне, что вы, я, увы,
люблю прелестницу Ирину,
а вы, увы, не таковы.
Ты полагаешь, Гриня, ты
мой друг единственный, — мечты!
Леонтьев, Дозморов и Лузин,
вот, Гриня, все мои кенты.
Леонтьев — гений и поэт,
и Дозморов, базару нет,
поэт, а Лузин — абсолютный
на РТИ авторитет.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
