- Что ты делаешь?
- Смотрю ей в глаза…
- И какого они цвета?
- Они… Они такие, как лето,
Словно бирюза…
- Не смотри ей в глаза – там, на дне её мёртвых зрачков
Небо рвётся на части и время лишается смысла,
Там находят приют всех утопших бездомные мысли,
А хозяева бывшие спят глубоко, глубоко…
Её первой осознанной жертвой был греческий мальчик –
Он влюбился в своё отраженье и жил у залива;
Его тело исчезло и выросло снова из глины,
А она улыбаясь, текла и блестела, как раньше…
Ты молчишь, значит, ты утонула и ходишь по дну
В своих новых ботинках и джинсовой курточке тесной,
А по дальним морям носит призрак «Марии-Селесты» -
Экипаж обрубил якоря и уснул, и уснул…
Твой аквариум – словно гигантские линзы очков
Через них она пьёт отражения наших улыбок
И, когда ты снимаешь одежду – грызёт твоих рыбок
И кончает струёй серебристых живых , пузырьков…
Я неделю не пью, я не знаю, быть может, она
Выпивает бокал наших душ до последнего сна…
Тайга — по центру, Кама — с краю,
с другого края, пьяный в дым,
с разбитой харей, у сарая
стою с Григорием Данским.
Под цифрой 98
слова: деревня Сартасы.
Мы много пили в эту осень
«Агдама», света и росы.
Убита пятая бутылка.
Роится над башками гнус.
Заброшенная лесопилка.
Почти что новый «Беларусь».
А ну, давай-ка, ай-люли,
в кабину лезь и не юли,
рули вдоль склона неуклонно,
до неба синего рули.
Затарахтел. Зафыркал смрадно.
Фонтаном грязь из-под колес.
И так вольготно и отрадно,
что деться некуда от слез.
Как будто кончено сраженье,
и мы, прожженные, летим,
прорвавшись через окруженье,
к своим.
Авария. Башка разбита.
Но фотографию найду
и повторяю, как молитву,
такую вот белиберду:
Душа моя, огнем и дымом,
путем небесно-голубым,
любимая, лети к любимым
своим.
1998
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
