Состав под Россошью потянется,
задребезжит леском нескоро,
и все ромашки-бесприданницы
к путям сбегутся с косогора,
и, ну стоять,
и белы личики
тянуть к окошкам проезжающим,
гурьбой наивной
по привычке
скользящих мимо провожающей.
***
Сбежит состав,
скрипя суставами,
из плена девичьей обители,
скуля вагонами усталыми,
а над дорогой снова зрители -
кресты от кладбища увального,
со склона ближнего глядят
на поезд следованья дальнего,
на - как сидят, и как едят...
У них распахнутые руки
и простота их так мила,
что кажется - вот здесь,
в округе -
так славно я бы зажила.
Уж давно ни мин и ни пожаров
не гремит в просторах тополей,
но стоишь — как Минин и Пожарский
над отчизной родины своей.
Над парадом площади родимой
городов и сел победных марш,
вдовы сердце матери любимых
слезы душу верности отдашь.
Не забудем памятный Освенцим
грудью Петрограда москвичи!
Мы сумеем Джоуля от Ленца,
если надо, снова отличить.
Пусть остался подвиг неизвестным,
поколеньем имени влеком,
ты войдешь, как атом неизвестный,
в менделиц Таблеева закон!
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.