когда я перевожу со скифского на українську
коли ти говориш любий со мной по-русски
когда я вешаю за кадык твои джинсы на стенку близко
к твоей кровати и мне нипадеццки грустно
ave говорю ave аватаре схаванной нетом
горе говорю горы в горло тій чайці сизій
в каком гарлеме на любовь клеют срок годности брутто нетто
в каком тибете выдают в тебя золотые визы
в каком инъязе воспитывали таких кончающих полиглотов
какая фрейлина стелила нам метраж простыней из ваты
каким таможникам наливать компот и на закусь знімілі хвойди
протягивать чтоб разрешили тебе як повітря ковтати
когда я захлёбываюсь этим кислородом чистым aurum потной пылью
коли я засвоюю (или осваиваю) язык в авітамічнім чаті на съёмном драйве
ты перекладываешь меня под другим углом индийских градусов хоть нас так и не учили
і я тебе на мову раю пе-ре-кла-даю
За окошком свету мало,
белый снег валит-валит.
Возле Курского вокзала
домик маленький стоит.
За окошком свету нету.
Из-за шторок не идет.
Там печатают поэта —
шесть копеек разворот.
Сторож спит, культурно пьяный,
бригадир не настучит;
на машине иностранной
аккуратно счетчик сбит.
Без напряга, без подлянки
дело верное идет
на Ордынке, на Полянке,
возле Яузских ворот...
Эту книжку в ползарплаты
и нестрашную на вид
в коридорах Госиздата
вам никто не подарит.
Эта книжка ночью поздней,
как сказал один пиит,
под подушкой дышит грозно,
как крамольный динамит.
И за то, что много света
в этой книжке между строк,
два молоденьких поэта
получают первый срок.
Первый срок всегда короткий,
а добавочный — длинней,
там, где рыбой кормят четко,
но без вилок и ножей.
И пока их, как на мине,
далеко заволокло,
пританцовывать вело,
что-то сдвинулось над ними,
в небесах произошло.
За окошком света нету.
Прорубив его в стене,
запрещенного поэта
напечатали в стране.
Против лома нет приема,
и крамольный динамит
без особенного грома
прямо в камере стоит.
Два подельника ужасных,
два бандита — Бог ты мой! —
недолеченных, мосластых
по Шоссе Энтузиастов
возвращаются домой.
И кому все это надо,
и зачем весь этот бред,
не ответит ни Лубянка,
ни Ордынка, ни Полянка,
ни подземный Ленсовет,
как сказал другой поэт.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
