На холодном оконном стекле
снег с дождем рисуют тебя,
неумело,
белым - по мокро-прозрачному...
Получается только
твой сиренево-любящий взгляд
из-под строгих очков
с сильным минусом.
Я снимаю с окна этот зимний рисунок
и бережно
ставлю в рамку из пихты,
и пахнет, как раньше,
ожиданием нового года
и чуда, которое - ты...
А потом я беру чистый лист
и рисую разлуку:
много маленьких прямоугольников -
письма,
телефонные разговоры -
сверкающей краской, штрихами,
электричку,
в ней множество желтых окошек -
будто ряд светлячков,
шагающих смело во тьму.
А еще я рисую наш город -
с четырнадцатого этажа:
фонари, будто свечки оплывшие,
ночные дороги, пронзенные ярким неоном,
силуэты уснувших на целую зиму деревьев
и страшные сны,
где, как правило, я убегаю-лечу
из темных аллей на спасительный свет,
превратившись в маленькую сатурнию,
и в поту просыпаюсь,
когда прикасается
к обессиленным крыльям огонь...
Всё, рисунок готов. Ты сказал мне вчера,
чтобы я рисовала любовь.
На розвальнях, уложенных соломой,
Едва прикрытые рогожей роковой,
От Воробьевых гор до церковки знакомой
Мы ехали огромною Москвой.
А в Угличе играют дети в бабки
И пахнет хлеб, оставленный в печи.
По улицам меня везут без шапки,
И теплятся в часовне три свечи.
Не три свечи горели, а три встречи —
Одну из них сам Бог благословил,
Четвертой не бывать, а Рим далече,
И никогда он Рима не любил.
Ныряли сани в черные ухабы,
И возвращался с гульбища народ.
Худые мужики и злые бабы
Переминались у ворот.
Сырая даль от птичьих стай чернела,
И связанные руки затекли;
Царевича везут, немеет страшно тело —
И рыжую солому подожгли.
Март 1916
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
