Ложишься спать — ещё тепло, и клёны
Зелёным дымом в воздух застеклённый
Предчувствие качают немоты.
От перегрузок урожаем поздним
Падёт тепло подбитой дичью оземь,
Небесным псам под тонкие хвосты,
Забрызгивая кровью одеяло.
Оно некстати тщетно укрывало —
Таджик сметёт и уберёт в мешки,
И всё засыплет известью и мелом
Неряшливо и крайне неумело,
Но так неэкономно-городски.
На улице гремит железом ботал
Коровье стадо — перепутал кто-то,
Пастух безумен — в городе пасти?
Но звук зовёт и тянет, и тревожит,
Наотмашь бьёт по разночинным рожам,
И жмёт мешки сердечные в горсти:
Ты на печи, а за окном дорога.
С котомкой осень мнётся у порога —
Готовится в одноконечный путь,
Замёрзнуть на нетронутых просторах,
Забрав с собой и прошлое, и Тору
К Марене на холодный самосуд.
Без устали вокруг больницы
Бежит кирпичная стена.
Худая скомканная птица
Кружит под небом дотемна.
За изгородью полотняной
Белья, завесившего двор,
Плутает женский гомон странный,
Струится легкий разговор.
Под плеск невнятицы беспечной
В недостопамятные дни
Я ощутил толчок сердечный,
Толчку подземному сродни.
Потом я сделался поэтом,
Проточным голосом - потом,
Сойдясь московским ранним летом
С бесцельным беличьим трудом.
Возьмите все, но мне оставьте
Спокойный ум, притихший дом,
Фонарный контур на асфальте
Да сизый тополь под окном.
В конце концов, не для того ли
Мы знаем творческую власть,
Чтобы хлебнуть добра и боли -
Отгоревать и не проклясть!
1973
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
