Мы прожили сто лет и лето,
И как счастливые монеты
Себя бросали в океан,
Шокируя островитян.
Руками раздвигая воды,
Мы даже Улицу Свободы
Нашли на Островах Любви,
И с небом были – визави.
Когда две пары наших ног
Ступили на родной песок,
Мы не узнали материк:
Холодный ветер листья стриг
Лучами поднебесных ножниц,
И продавщицы разных розниц
Считали рваные рубли,
Иной не ведая любви.
Ты на ветру ко мне приник,
Губами согревая губы,
И был похож на материк,
Открывший своего Колумба…
***
Комната шесть квадратов,
Робкого счастья дом,
Лица от света спрятав,
Два грустных часа вдвоём.
Стонут на стенах тени,
Копируя стоны душ.
Тяжелый день понедельник,
Хороший ты чей-то муж!..
Празднуем праздник порознь,
Вшивой морали для,
Жена уберет мой волос
С куртки и скажет: «Б…ь!
***
Я не зайду. Нам видеться нельзя.
Уснут не потревоженные двери
И каждой перекладиной и щелью
Напомнят, что – такие вот дела!
Уже темно. В подъезде тишина.
Я не зайду. Банальная причина:
Там, в комнате прокуренной, мужчина,
Он ждёт меня, а у него – жена.
Я не зайду, я у себя давно,
А он ещё надеется на чудо,
А за окном, спешат куда-то люди,
Я не зайду, а людям всё равно…
***
Стрелки часов настенных,
Как ножки у балерины,
Буду с тобой прощаться
До исступленья длинно.
Взгляд упадёт на стену,
Вот и финал балета,
Кутается в портьеру
Плачущая Одетта.
Где-то в поле возле Магадана,
Посреди опасностей и бед,
В испареньях мёрзлого тумана
Шли они за розвальнями вслед.
От солдат, от их лужёных глоток,
От бандитов шайки воровской
Здесь спасали только околодок
Да наряды в город за мукой.
Вот они и шли в своих бушлатах –
Два несчастных русских старика,
Вспоминая о родимых хатах
И томясь о них издалека.
Вся душа у них перегорела
Вдалеке от близких и родных,
И усталость, сгорбившая тело,
В эту ночь снедала души их,
Жизнь над ними в образах природы
Чередою двигалась своей.
Только звёзды, символы свободы,
Не смотрели больше на людей.
Дивная мистерия вселенной
Шла в театре северных светил,
Но огонь её проникновенный
До людей уже не доходил.
Вкруг людей посвистывала вьюга,
Заметая мёрзлые пеньки.
И на них, не глядя друг на друга,
Замерзая, сели старики.
Стали кони, кончилась работа,
Смертные доделались дела...
Обняла их сладкая дремота,
В дальний край, рыдая, повела.
Не нагонит больше их охрана,
Не настигнет лагерный конвой,
Лишь одни созвездья Магадана
Засверкают, став над головой.
1956
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
