Давно не видел глаз твоих манящий омут
Забыть пытался рук твоих прозрачный шелк
Прости, скучаю, и в руках гитары стонут
Да только в стоне том… велик навряд ли толк
Давно не виделись и сны пустыми стали
И мне так кажется,… темнее стал рассвет
Грущу – скучаю. Знаешь, грусть быстрее старит
И в вечной юности седой оставит след
Давно не виделись, и что тому помеха…
Скользящих дней во тьму таинственный экспресс…
Уже умчал, возможно, просто, ради смеха?
Или чужих фантазий в пачке иль в развес?
Так устаю, прости, не помня, что снаружи
Чужие сумерки сгущают неба синь
В своём мирке аттракционы мысли кружат
Переключая взгляд на временных богинь
Не в замешательстве, скорей, расставив знаки
Из запятых и многоточий огород
Знак восклицательный – где ты, я точно знаю
Но заблудился сам, в себе который год
Как только сон невнятный от души отчалит
Снежинки тают плача на моей груди
Давно не виделись и я опять скучаю
И вот пишу тебе, молю, ко мне приди!
В животе у кита,
на котором лежит
Земля
Непечально живёт
всех ушедших людей семья.
Здесь матросы
с «Варяга»,
индейские племена,
здесь Гомер,
Че Гевара,
Бах,
и всегда весна.
В животе у кита,
на котором лежит Земля,
Пишет новый французский эпос Эмиль Золя,
Циолковский скальпелем режет кишки небес,
Здесь Мария Каллас — Алиса в стране чудес.
Для шахтеров небо
в алмазах даёт угля
В животе у кита, на котором лежит Земля,
Здесь твои прабабушки
вяжут огромный шарф,
Здесь Сервантес с Пушкиным выпьют на брудершафт.
Для крестьян плодоносят вечно теперь поля
В животе у кита,
на котором лежит Земля!
К рыбакам прилипают рыбы,
к цветам шмели,
И Рублёву разводит краски вином Дали.
Помирились враги,
обучаясь любви с нуля,
В животе у кита,
на котором лежит Земля,
Здесь для каждого нелегала есть свой сарай,
И своё здесь солнце,
и свой здесь
солдатам рай.
И гремит у бездомных поэтов
в карманах медь,
Они ходят по свету, как будто исчезла смерть,
И Есенину ослабляет петлю Рембо,
И на ослике к ним приезжает под утро Бог.
Сообщает,
что здесь их поэмы нужней, чем там...
И они отвечают: «Мы веруем, Капитан!»
Ной в своём батискафе
опять обогнул Казбек,
С потолка Микеланджело сыпется русский снег,
И с Ландау играет в шахматы Еврипид,
А над крышей Большого Уланова все парит.
И не в том ведь дело, что кровью писал Басё,
А лишь в том, что мы все молекулы — вот и все.
Так волшебные птицы клюют под собою сук,
Так луна себе ухо Ван Гога пришила вдруг.
Мы блокадники, партизаны, мы неба дно,
Мы дерёмся и спорим, язык проглотив родной.
А потом Капитан скомандует «от винта»,
И мы все попадём навечно в живот кита.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.