Все мы, спеша в поднебесья зовущие,
Часто не видим, что в мире божественны
Вовсе не боги, а рядом живущие,
Наши родные, прекрасные женщины.
В силах иссякшая, кроткая, тихая –
Всё мне даровано, всё мне завещано! -
С вечной любовью, задумчиволикая
Мама моя - постаревшая женщина.
Милая, мудрая, добросердечная,
Словно в бинокль-перевёртыш уменьшена…
И - стихотворная поздняя речь моя,
Вся бесконечно любимая женщина!
Спутник по жизни - жена моя чуткая,
Сколько же было в пути ей обещано!
С каждым мгновением, с каждой минуткою -
Всё бережливей любимая женщина.
Ею - богиней - сквозь муки телесные
Свет мне ниспослан земной и божественный –
Доченька наша, созданье прелестное,
Дочь моя - к солнцу растущая женщина!
Лишь бы она, в поднебесье спешащая,
Помнила, что - жизнетворны и жертвенны, -
Все божества в этом мире молящие,
Смотрят ей вслед две тревожные женщины...
Бессмысленное, злобное, зимой
безлиственное, стадии угля
достигнувшее колером, самой
природой предназначенное для
отчаянья, - которого объем
никак не калькулируется, - но
в слепом повиновении своем
уже переборщившее, оно,
ушедшее корнями в перегной
из собственных же листьев и во тьму -
вершиною, стоит передо мной,
как символ всепогодности, к чему
никто не призывал нас, несмотря
на то, что всем нам свойственна пора,
когда различья делаются зря
для солнца, для звезды, для топора.
1970
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
