Я тебя пыталась у города снежного отвоевать, изменить, украдкою спрятать под свою кровать, замести по улицам запахом ила твои следы, объявить неделю траура до прошедшей среды. Я купила меч-двуручник, спрятав крыло, и меня понесло по прямой, к тебе пронесло, я кидала левых и правых, глядя врагам в лицо, а потом ступила неслышно на твое крыльцо.
На крыльце разросся столетний мох, ты бы смог...но ты, конечно, опять не смог. Ты бы вышел навстречу, но дверь твоя заперта. Вот такая у вечности трусливая красота. Я стою перед окнами, меч уже не к чему, отпускаю птиц и иду хоронить весну, отпускаю жизнь,, оставляя маленький ремешок, выпивая кровь, как последнюю, "на посошок".
Я тебя оставляю здесь, в твоем доме из тьмы, ты его ей окутал сам, там нет места "мы", там нет места даже тебе, уж куда мне шагать по ней, я дарую тебе останки огненных коней, беспокойных лиц, твоих неприятных друзей и мечты о былой горлице, что ночами плачет сильней. Я тебя так легко отпускаю, - мне ль теперь воевать? - потому что не знаю, - умею ли снова прощать.
Рвусь из сил и из всех сухожилий,
Но сегодня — опять, как вчера, —
Обложили меня, обложили,
Гонят весело на номера.
Из-за елей хлопочут двустволки —
Там охотники прячутся в тень.
На снегу кувыркаются волки,
Превратившись в живую мишень.
Идет охота на волков, идет охота!
На серых хищников — матерых и щенков.
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.
Кровь на снегу и пятна красные флажков.
Не на равных играют с волками
Егеря, но не дрогнет рука!
Оградив нам свободу флажками,
Бьют уверенно, наверняка.
Волк не может нарушить традиций.
Видно, в детстве, слепые щенки,
Мы, волчата, сосали волчицу
И всосали — «Нельзя за флажки!»
Идет охота на волков, идет охота!
На серых хищников — матерых и щенков.
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.
Кровь на снегу и пятна красные флажков.
Наши ноги и челюсти быстры.
Почему же — вожак, дай ответ —
Мы затравленно мчимся на выстрел
И не пробуем через запрет?
Волк не должен, не может иначе!
Вот кончается время мое.
Тот, которому я предназначен,
Улыбнулся и поднял ружье.
Идет охота на волков, идет охота!
На серых хищников — матерых и щенков.
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.
Кровь на снегу и пятна красные флажков.
Я из повиновения вышел
За флажки — жажда жизни сильней!
Только сзади я радостно слышал
Удивленные крики людей.
Рвусь из сил, из всех сухожилий,
Но сегодня — не так, как вчера!
Обложили меня, обложили,
Но остались ни с чем егеря!
Идет охота на волков, идет охота!
На серых хищников — матерых и щенков.
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.
Кровь на снегу и пятна красные флажков.
1968
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
