Я тебя пыталась у города снежного отвоевать, изменить, украдкою спрятать под свою кровать, замести по улицам запахом ила твои следы, объявить неделю траура до прошедшей среды. Я купила меч-двуручник, спрятав крыло, и меня понесло по прямой, к тебе пронесло, я кидала левых и правых, глядя врагам в лицо, а потом ступила неслышно на твое крыльцо.
На крыльце разросся столетний мох, ты бы смог...но ты, конечно, опять не смог. Ты бы вышел навстречу, но дверь твоя заперта. Вот такая у вечности трусливая красота. Я стою перед окнами, меч уже не к чему, отпускаю птиц и иду хоронить весну, отпускаю жизнь,, оставляя маленький ремешок, выпивая кровь, как последнюю, "на посошок".
Я тебя оставляю здесь, в твоем доме из тьмы, ты его ей окутал сам, там нет места "мы", там нет места даже тебе, уж куда мне шагать по ней, я дарую тебе останки огненных коней, беспокойных лиц, твоих неприятных друзей и мечты о былой горлице, что ночами плачет сильней. Я тебя так легко отпускаю, - мне ль теперь воевать? - потому что не знаю, - умею ли снова прощать.
Взгляни на прекрасную особь
и, сквозь черепашьи очки,
коричневых родинок россыпь,
как яблоки в школе, сочти.
Зачем-то от древа Минпроса
ещё плодоносят дички
как шанс, как единственный способ
считать, не сбиваясь почти.
Число переходит в другое.
В зелёный — коричневый цвет.
И минус — надбровной дугою —
дурацкую разницу лет.
И плюс помышленье благое,
что сравнивать сущее — грех.
Смотреть. И не трогать рукою
ни яблок, ни родинок тех.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
