По улице проходит, словно львы,
парижская каштановая рота.- здесь что-то не очень. Наверное, правильней "словно львов..."
Тут просто шероховатость. Так, заусеничка. Если не обращать внимания, то и не заметно.:)
25 баллов! Настоящая поэтическая вещь, хоть апрель и не у нас, а в Париже)
Спасибо! Спасибо Вам! Спасибо Бёрду за ст-ние! Спасибо Наташе!
Как-то я вчера мимо прошла, а сегодня утром под Чарли Паркера - очень даже)
Спасибо! Я радуюсь Вашему внимания ко мне и, особенно, к Паркеру.
Пардон мусье, навеяло.
Каштанов поживал, и сэляви
в порту де Голь, пока я ждал полёта.
Как та, что отдаётся без любви,
пришла на час каштановая рвота
Пардон, но "каштанов пожЕвал". Впрочем, мусью простительно незнание чужого языка.
Грустная такая "нота", тягучая, остаётся после прочтения этого стиха. Хорошо, что автору удалось её передать.
По технике - есть небольшие шероховатости. Сравнение роты со львами, например.
Спасибо! Тут не техника. Техника это немного другое, чем то, что иногда приходиться сопротивляться обыкновенным правилам языка и, например, не согласовывать числа. Спасибо за Ваши слова!
меняю каберне на шардоне!)
что апрель в мае делает!)
Со мной меняешься?:) Давай не меняться, давай будем вдвоём и смешивать.:)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
За городом вырос пустынный квартал
На почве болотной и зыбкой.
Там жили поэты,- и каждый встречал
Другого надменной улыбкой.
Напрасно и день светозарный вставал
Над этим печальным болотом;
Его обитатель свой день посвящал
Вину и усердным работам.
Когда напивались, то в дружбе клялись,
Болтали цинично и прямо.
Под утро их рвало. Потом, запершись,
Работали тупо и рьяно.
Потом вылезали из будок, как псы,
Смотрели, как море горело.
И золотом каждой прохожей косы
Пленялись со знанием дела.
Разнежась, мечтали о веке златом,
Ругали издателей дружно.
И плакали горько над малым цветком,
Над маленькой тучкой жемчужной...
Так жили поэты. Читатель и друг!
Ты думаешь, может быть,- хуже
Твоих ежедневных бессильных потуг,
Твоей обывательской лужи?
Нет, милый читатель, мой критик слепой!
По крайности, есть у поэта
И косы, и тучки, и век золотой,
Тебе ж недоступно все это!..
Ты будешь доволен собой и женой,
Своей конституцией куцой,
А вот у поэта - всемирный запой,
И мало ему конституций!
Пускай я умру под забором, как пес,
Пусть жизнь меня в землю втоптала,-
Я верю: то бог меня снегом занес,
То вьюга меня целовала!
24 июля 1908
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.