Классик, кстати, был человеком неоднозначным. По очень многим оценкам и даже по вполне нейтральро написанной официальной биографии. А относительно В и НА есть совершенно однозначное правило: русскоязычная норма - только НА. По соотнесению с окраиной. В украинском, возможно, другие соотнесения и, соответственно, правила. Стиш отличныый, разве что хуторянки чуток шероховато вышли. Автору респект.
Какие-то обиды в рамках обсуждаемой темы, по-моему, из пальца высосаны. Взять наш Питер, например. Я живу на Ржевке. А прежде жил в Купчино. Кто-то на Петроградской, другие - в Автово. И никому из нас в голову не приходит надувать губы и просить соседей менять предлоги...)
Господин Кеосаян в своей телепередачке использует максимально политкорректный вариант, хоть и с примесью сарказма: "в-на Украине". А вообще, все эти высосанные из пальца обидки (а они тянутся, как минимум, с начала двухтысячных, а то и дольше - мы с теперешним веб-смотрителем данного ресурса, который родом из восточной Украины, помнится, насмерть бились из-за этого в-на еще году в 2005-м) лишний раз доказывают, что филология - точная наука, ошибка в которой вполне себе может произвести эффект сапога, брошенного на пульт с Большой Красной Кнопкой.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Шел я по улице незнакомой
И вдруг услышал вороний грай,
И звоны лютни, и дальние громы,
Передо мною летел трамвай.
Как я вскочил на его подножку,
Было загадкою для меня,
В воздухе огненную дорожку
Он оставлял и при свете дня.
Мчался он бурей темной, крылатой,
Он заблудился в бездне времен…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон.
Поздно. Уж мы обогнули стену,
Мы проскочили сквозь рощу пальм,
Через Неву, через Нил и Сену
Мы прогремели по трем мостам.
И, промелькнув у оконной рамы,
Бросил нам вслед пытливый взгляд
Нищий старик, — конечно тот самый,
Что умер в Бейруте год назад.
Где я? Так томно и так тревожно
Сердце мое стучит в ответ:
Видишь вокзал, на котором можно
В Индию Духа купить билет?
Вывеска… кровью налитые буквы
Гласят — зеленная, — знаю, тут
Вместо капусты и вместо брюквы
Мертвые головы продают.
В красной рубашке, с лицом, как вымя,
Голову срезал палач и мне,
Она лежала вместе с другими
Здесь, в ящике скользком, на самом дне.
А в переулке забор дощатый,
Дом в три окна и серый газон…
Остановите, вагоновожатый,
Остановите сейчас вагон!
Машенька, ты здесь жила и пела,
Мне, жениху, ковер ткала,
Где же теперь твой голос и тело,
Может ли быть, что ты умерла!
Как ты стонала в своей светлице,
Я же с напудренною косой
Шел представляться Императрице
И не увиделся вновь с тобой.
Понял теперь я: наша свобода
Только оттуда бьющий свет,
Люди и тени стоят у входа
В зоологический сад планет.
И сразу ветер знакомый и сладкий,
И за мостом летит на меня
Всадника длань в железной перчатке
И два копыта его коня.
Верной твердынею православья
Врезан Исакий в вышине,
Там отслужу молебен о здравьи
Машеньки и панихиду по мне.
И всё ж навеки сердце угрюмо,
И трудно дышать, и больно жить…
Машенька, я никогда не думал,
Что можно так любить и грустить.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.