Вот сижу я у окна
И молчу,
Вот я думаю о чем-то
Своем.
Подойдешь ты, прикоснешься
К плечу
И промолвишь еле слышно:
"Пойдем."
Я кивну, куда идем -
Не спрошу.
Я с тобой, куда бы ты
Ни позвал.
Торопливо одеваюсь,
Спешу.
На вокзал? Ну, хорошо,
На вокзал.
Мы толкаемся в толпе
Городской,
Мы заходим в тесноватый
Вагон.
Мне неловко, но пока
Я с тобой,
Все равно, куда проследует
Он.
Там, где выйдем мы, по пояс
Трава,
Там березы и дубы
Вдоль реки,
Там такая у небес
Синева,
Что лазурным отливают
Зрачки.
Там пичуги с золотистым
Пером,
С шумным трепетом порхают
Из гнезд,
Там стоит в лучах заката
Наш дом,
И привязан у крылечка
Наш пес.
Там под яблоней приятный
Тенек,
Убегает он в вечернюю
Тьму,
Там мне слышится родной
Голосок,
Мальчик, девочка - никак
Не пойму...
Под ногами так земля
Горяча,
Словно солнце здесь коснулось
Земли...
Ты дотронешься опять
До плеча
И с улыбкою мне скажешь:
"Пришли".
Февраль. Достать чернил и плакать!
Писать о феврале навзрыд,
Пока грохочущая слякоть
Весною черною горит.
Достать пролетку. За шесть гривен,
Чрез благовест, чрез клик колес,
Перенестись туда, где ливень
Еще шумней чернил и слез.
Где, как обугленные груши,
С деревьев тысячи грачей
Сорвутся в лужи и обрушат
Сухую грусть на дно очей.
Под ней проталины чернеют,
И ветер криками изрыт,
И чем случайней, тем вернее
Слагаются стихи навзрыд.
<1912, 1928>
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
