С замиранием сердца я гляжу на птиц,
Что летят в небесах лазурных.
Не стереть, не изжить тех имён и лиц,
Что мы свято храним меж потоков бурных.
Наверстать бы то время, жизнь повернуть,
Чтобы стать хоть чуточку ближе
Тем, с которыми глаз не сомкнуть,
С кем стоять и стоять на любимой крыше.
Ослепительным светом быть в чьём-то окне,
До краёв наполнять и чашу и душу,
И в глазах видеть счастье, что идёт вслед волне
Кораблём или девушкой стройной по лужам.
В те времена в стране зубных врачей,
чьи дочери выписывают вещи
из Лондона, чьи стиснутые клещи
вздымают вверх на знамени ничей
Зуб Мудрости, я, прячущий во рту
развалины почище Парфенона,
шпион, лазутчик, пятая колонна
гнилой провинции - в быту
профессор красноречия - я жил
в колледже возле Главного из Пресных
Озер, куда из недорослей местных
был призван для вытягиванья жил.
Все то, что я писал в те времена,
сводилось неизбежно к многоточью.
Я падал, не расстегиваясь, на
постель свою. И ежели я ночью
отыскивал звезду на потолке,
она, согласно правилам сгоранья,
сбегала на подушку по щеке
быстрей, чем я загадывал желанье.
1972
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
