Я однажды приснюсь, улыбнусь в перекрестье рассвета,
Отвердел ржавый воздух, разит как двуручный топор,
И Богиня в крови, в грубом рубище серого цвета,
Мы несёмся вперёд, белой кляксой манит коридор...
Рассекает топор, разлетаются "быть" и "казаться",
Воля свита в канат, в тонких трещинках сдувшихся сил,
И корежит в огне сноп неспелых решений- прощаться,
Не прощая прощаться- и вой тишину опалил.
Злой занозой в сознании образы пыльных столетий,
Сто смертей и рождений, разорваны грани границ,
Я однажды приснюсь. Забронирован ночью билетик,
И слезою скачусь, в бахрому повлажневших ресниц...
Минул год от рожденья таковский,
был таков под бенгальский огонь
тигр бенгальский... Но прежде Тарковский
протянул ему с мясом ладонь.
Очи хищника пуще магнита,
в сувенирный трескучий мешок,
в морозящий стакан сталагмита
тигр свершает последний прыжок.
И на смену ему за добычей
представители фауны — в ряд:
обезьяний, собачий и бычий,
будто в тире курортном стоят,
оживают под пенье курантов,
начинают ходить по дворам
партработников и эмигрантов,
всех, пока ещё имущих срам.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
