Мой друг,
в саду кромешных сред,
срезая четверги, на свет —
на тусклый свет репринтных пятниц —
иди, пусть сад непроходим,
как смерть,
как жизнь — необратим,
и я в нём прячусь.
А может, вовсе и не я —
слепая копия моя —
провалы букв, шрифты бледнее.
Нетороплив субботний шаг,
засыпан листьями овраг,
течёт аллея
сквозь сад извилистой рекой,
вдоль берега деревьев строй —
не мёртвых, не живых.
Попробуй
воскреснуть, вовсе не любя,
но знай, что там, на дне острога,
в себе я убивала бога —
чтоб ангелом упасть в тебя.
Мы к осени пить перестанем,
Освоим гражданскую речь,
И мебель в домах переставим,
Чтоб не было места прилечь.
Над табором галок картавых
Синайская злая гроза,
Но рыбы в подводных кварталах
Закрыть не умеют глаза.
Взлетает оленья приманка
В рассеянный свет неживой,
А сердце на грани припадка
В упряжке любви гужевой.
Пространство сгущается к ночи,
Лежит на ветвях, как слюда.
Но рыб негасимые очи
Глядят из девонского льда,
Как времени грубые звенья
Наощупь срастаются в век.
А мы не имеем забвенья,
Стеная у медленных рек.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
