А на моём конце проспекта революции,
Разорванная на ошмётки цель,
Твоё безвременье - судилище Конфуция,
Июнь и май стекаются в апрель.
Твой заполошный крико-свист наказан вольностью,
Песок минут стекает из часов,
Как будто розги - ночь разрежут непристойности,
Параболой не взвешенных весов.
Летят слова в кровавом о́тсвете бессмертия,
Искрится время в грохоте машин,
Шипит, сжимая губы воздух, в круговерти я
Остался неприкаянным. Один.
Я выпил газированной воды
под башней Белорусского вокзала
и оглянулся, думая куды
отсюда бросить кости. Вылезала
из-за домов набрякшая листва.
Из метрополитеновского горла
сквозь турникеты масса естества,
как черный фарш из мясорубки, перла.
Чугунного Максимыча спина
маячила, жужжало мото - вело,
неслись такси, грузинская шпана
вцепившись в розы, бешено ревела.
Из-за угла несло нашатырем,
лаврентием и средствами от зуда.
И я был чужд себе и четырем
возможным направлениям отсюда.
Красавица уехала.
Ни слез,
ни мыслей, настигающих подругу.
Огни, столпотворение колес,
пригодных лишь к движению по кругу.
18 июля 1968, Москва
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
