Всего лишь полтора моста
в Ленинграде многомостном.
Вислава Шимборска
Теперь нас двое — знающих секрет,
что в городе, который уплывает,
но возвращается обратно не ко всем,
а к избранным им лично, не иначе,
всего лишь полтора моста.
Все остальные — призрачнее радуг.
Вот первый — он для одиночек,
надёжный и простой, из точки А
в заведомую Б, что постоянна
как сумка почтальона, что всегда
полна корреспонденцией безликой —
о чём молчит заклеенный конверт?
А эта разводная половинка
для тех, кто сам живёт не слишком целым,
из точки Я пускаясь в путь
к любимой точке Ты — в надежде,
что график свода совпадёт
во времени. И забывают о пространстве.
А те, кто помнят, помнят о своём —
философы и физики, фантасты,
пилоты, архитекторы строений
и даже архитекторы систем,
и прочие, и прочие поэты —
у каждого из них своё пространство,
а в нём качается свой полумост —
и обрывается на точке преломленья
нечастых солнечных лучей
в столь частых дождевых потоках.
Вот так же и стихотворение моё —
на том конце моста
не знаю я, кого же встречу —
тебя, другого, вовсе никого?
А самое опасное,
а ну как я себя там не найду,
и не случится рядом почтальона
с разверстой сумкою пустой, без писем,
но с точным знанием пути от А до Б
в любых условиях погодных.
На фоне Афонского монастыря
потягивать кофе на жаркой веранде,
и не вопреки, и не благодаря,
и не по капризу и не по команде,
а так, заговаривая, говоря.
Куда повело... Не следить за собой.
Куда повело... Не подыскивать повод.
И тычется тучное (шмель или овод?),
украшено национальной резьбой,
создание и вылетает на холод.
Естественной лени живое тепло.
Истрёпанный номер журнала на пляже
Ты знаешь, что это такое. Число
ушедших на холод растёт, на чело
кладя отпечаток любви и пропажи,
и только они, и ещё кофейку.
И море, смотри, ни единой медузы.
За длинные ноги и чистые узы!
Нам каяться не в чем, отдай дураку
журнал, на кавказском базаре арбузы,
и те, по сравнению с ним на разрез —
белее крыла голодающей чайки.
Бессмысленна речь моя в противовес
глубоким речам записного всезнайки,
с Олимпа спорхнул он, я с дерева слез.
Я видел, укрывшись ветвями, тебя,
я слышал их шёпот и пение в кроне.
И долго молчал, погружённый в себя,
нам хватит борозд на господней ладони,
язык отпуская да сердце скрепя.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
