Оборотка на "Остров Беринга" Arina PP
http://www.reshetoria.ru/user/ArinaPP/index.php?id=44889
Хоть снег, но не простыл. День
Приятственен в просторе.
Уеду я на Ки́льдин,
Что в Баренцевом море.
Где пеною солёной
Маяк волна украсит.
Моряк где и учёный
В каюте тесной квасят.
Гремят, как Вагнер, тосты
За преходящесть вьюг,
За рейс Ан-2. И просто-
За их отлёт на юг.
Их манят, вот причуда,
Большие города.
Хоть я стремлюсь отсюда –
Они, взамен – сюда.
Влекут мальстрёмы эти:
Кто хочет, рвётся в даль.
А вам что, сударь, светит?
Глинтвейн – и то едва ль.
(И то, начальник выл, де:
Alarm, ну где вас носит?)
Уеду я на Ки́льдин.
На месяцев так восемь…
***
Кильдин – это остров на севере Мурманской области. С очень красивым видом на побережье и маяком.
На Кильдине, в отличие от Мурманска, Северной Норвегии и многого-многого ещё,
автор не был. Однако, вдохновившись фото в интернете, написал сей шебебр.
Но… вот тебе ж, поэтушка, и гурий день.
Написал я стих-экспромт, довольно, как и всегда после экспромтов,
отдуваясь в несуществующие усы.
И глянул на всякий случай в справочник, насчёт ударения.
Так вот! Он не Ки́льдин, а Кильди́н. Снимайте штандарты, закапывайте пушки.
И вот часто у нашего юного таланта так:
Врожденная 100% грамотность в орфографии,
Бережное отношение к знакам препинания и претолкания.
(Я даже «порошки» пишу с оными, извращенец этакий!)
Но вот с ударениями – просто засада, господа!
Фенёк на самом деле фе́нек,
Кондопо́га – Ко́ндопога.
Нордка́п – Но́рдкап.
Апофеозом же чада кутежа стало написание мной лет 6 назад стиха на древнерусскую тематику.
Пишу, понимаешь, про Гардари́ку, а она Гарда́рикой оказывается. Далее по тексту Свальба́рд, а он и вовсе – Сва́льбард. Ладно, исправил Свальба́рд на Грума́нт.
А он Гру́мант!!! И живи с этим, поэт, как хочешь…
Чудны твои дела, господи, и затейливы ударения в словах языков твоих.
Однако, по ходу, родился новый жанр.
Акцентологическая поэзия…
Ты жива еще, моя старушка?
Жив и я. Привет тебе, привет!
Пусть струится над твоей избушкой
Тот вечерний несказанный свет.
Пишут мне, что ты, тая тревогу,
Загрустила шибко обо мне,
Что ты часто xодишь на дорогу
В старомодном ветxом шушуне.
И тебе в вечернем синем мраке
Часто видится одно и то ж:
Будто кто-то мне в кабацкой драке
Саданул под сердце финский нож.
Ничего, родная! Успокойся.
Это только тягостная бредь.
Не такой уж горький я пропойца,
Чтоб, тебя не видя, умереть.
я по-прежнему такой же нежный
И мечтаю только лишь о том,
Чтоб скорее от тоски мятежной
Воротиться в низенький наш дом.
я вернусь, когда раскинет ветви
По-весеннему наш белый сад.
Только ты меня уж на рассвете
Не буди, как восемь лет назад.
Не буди того, что отмечалось,
Не волнуй того, что не сбылось,-
Слишком раннюю утрату и усталость
Испытать мне в жизни привелось.
И молиться не учи меня. Не надо!
К старому возврата больше нет.
Ты одна мне помощь и отрада,
Ты одна мне несказанный свет.
Так забудь же про свою тревогу,
Не грусти так шибко обо мне.
Не xоди так часто на дорогу
В старомодном ветxом шушуне.
1924
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.