сезон
дождей в далёких странах
у нас хотелось бы снегов
без края тьмы и берегов
и чтоб в белеющих арканах
текла застывшая вода
не из какого-нибудь крана
а просто всюду в никуда
на гладь
листа по белым
белым
пушистым мягким в тишине
посмотришь вверх
в глазном бревне
заплаты засыпает мелом
и клеит частокол ресниц
легко и просто между делом
полёт бессчётных единиц
прищур
защита влажных яблок
в мультипликации зимы
слепы цвета глухонемы
в проёмах всеразмерных пялок
углём намечены дома
заборы
узенький прогалок
и дальней рощи бахрома
пейзаж
похож и непохожий
на каждый месяц из пяти
что из окна
что посреди
ничьих полей стоишь калошей
в безвольи квантовом носка
роняет слюни дождь бульдожий
и
среднерусская тоска
О, как! Интересно... минимализм натолкнул или визуальные образы?))
В первую очередь визуал - черно-белая гамма и чередование тонких линий и широких мазков: рисунок-то не только углем получился, но и кисточкой немного тоже. И тишина...
знаешь, ты очень точно увидела заложенные образы; наверное, это схожесть восприятия, а ещё - преобладание зрения в восприятии внешнего мира (кроме кинестетики)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Золотистого меда струя из бутылки текла
Так тягуче и долго, что молвить хозяйка успела:
- Здесь, в печальной Тавриде, куда нас судьба занесла,
Мы совсем не скучаем,- и через плечо поглядела.
Всюду Бахуса службы, как будто на свете одни
Сторожа и собаки, - идешь, никого не заметишь.
Как тяжелые бочки, спокойные катятся дни.
Далеко в шалаше голоса - не поймешь, не ответишь.
После чаю мы вышли в огромный коричневый сад,
Как ресницы на окнах опущены темные шторы.
Мимо белых колонн мы пошли посмотреть виноград,
Где воздушным стеклом обливаются сонные горы.
Я сказал: виноград, как старинная битва, живет,
Где курчавые всадники бьются в кудрявом порядке;
В каменистой Тавриде наука Эллады - и вот
Золотых десятин благородные, ржавые грядки.
Ну, а в комнате белой, как прялка, стоит тишина,
Пахнет уксусом, краской и свежим вином из подвала.
Помнишь, в греческом доме: любимая всеми жена,-
Не Елена - другая, - как долго она вышивала?
Золотое руно, где же ты, золотое руно?
Всю дорогу шумели морские тяжелые волны,
И, покинув корабль, натрудивший в морях полотно,
Одиссей возвратился, пространством и временем полный.
11 августа 1917, Алушта
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.