Мне страшно, Господи, мне больно,
мне не понять твоих путей,
мне утро полночи темней
в разгуле фобий и теней –
того гляди сомкнут ладони
на горле шёпотом: "не верь".
Мне страшно, Господи, мне больно,
яви же знак, молю, скорей,
что бред сознания – фантомный,
навеянный, не безусловный –
кошмаром малярийным, сонным
я вижу даль морскую штольней
в аду вялотекущих дней!
Смени их Всемогущей волей
на гривы взмыленных коней,
несущихся лавиной взморьем,
нарушив мертвенность безмолвья
дыханием грядущей нови,
с которой морок, став бледней,
исчезнет вовсе за чертою
разлива бурного прибоя…
Или закончи муку, что ли?!
Всё в руце, Господи, твоей.
Разгуляется плотник, развяжет рыбак,
стол осядет под кружками враз.
И хмелеющий плотник промолвит:
«Слабак, на минутку приблизься до нас».
На залитом глазу, на глазу голубом
замигает рыбак, веселясь:
«Напиши нам стихами в артельный альбом,
вензелями какими укрась.
Мы охочи до чтенья высокого, как
кое-кто тут до славы охоч.
Мы библейская рифма, мы «плотник-рыбак»,
потеснившие бездну и ночь.
Мы несли караул у тебя в головах
за бесшумным своим домино
и окно в январе затворяли впотьмах,
чтобы в комнату не намело.
Засидевшихся мы провожали гостей,
по углам разгоняли тоску,
мы продрогли в прихожей твоей до костей
и гуляем теперь в отпуску...»
1990
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
