какая, боже, ночь — снимаешь крест,
а ничего вообще не происходит,
как ночь назад, и латеральный срез
мироточит последней каплей крови,
а в медиально рваную дыру
вплывает пухлый облак стекловаты —
и вот она, платформа Варраватынь —
не режь меня, я всё равно умру.
смотри, раскинув руки и плашмя,
лечу, конечно, вниз, куда же больше,
но крест, легко покинувший меня —
ладонь, ступня, ладонь, ещё ступня —
ложится под и отпускать не хочет.
Я закрыл Илиаду и сел у окна,
На губах трепетало последнее слово,
Что-то ярко светило — фонарь иль луна,
И медлительно двигалась тень часового.
Я так часто бросал испытующий взор
И так много встречал отвечающих взоров,
Одиссеев во мгле пароходных контор,
Агамемнонов между трактирных маркеров.
Так, в далекой Сибири, где плачет пурга,
Застывают в серебряных льдах мастодонты,
Их глухая тоска там колышет снега,
Красной кровью — ведь их — зажжены горизонты.
Я печален от книги, томлюсь от луны,
Может быть, мне совсем и не надо героя,
Вот идут по аллее, так странно нежны,
Гимназист с гимназисткой, как Дафнис и Хлоя.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
