***
Как медведь разрывает сырые могилы
по весне, как вгрызается в белую плоть,
дай мне силы звериной, прошу, дай мне силы,
эту странную силу во мне побороть.
Обрастая комками земли, клочковатой
бурой шерстью, слова заменяя на рык,
я бегу и подземные реки в кильватер
параллельными линиями материк
разрезают на неравномерные доли.
Эти полосы стынущей мёртвой земли
мне чужие не менее, но и не более
островов теплокровных, мы их не смогли
разглядеть ли, открыть или попросту выдумать,
замыкая кольцо то ли лап, то ли рук.
Рык мой, шаг мой, протяжный, невидимый,
повторяющийся неизбежный мой круг.
Словно тетерев, песней победной
развлекая друзей на заре,
ты обучишься, юноша бледный,
и размерам, и прочей муре,
за стаканом, в ночных разговорах
насобачишься, видит Господь,
наводить иронический шорох -
что орехи ладонью колоть,
уяснишь ремесло человечье,
и еще навостришься, строка,
обихаживать хитрою речью
неподкупную твердь языка.
Но нежданное что-то случится
за границею той чепухи,
что на гладкой журнальной странице
выдавала себя за стихи.
Что-то страшное грянет за устьем
той реки, где и смерть нипочем, -
серафим шестикрылый, допустим,
с окровавленным, ржавым мечом,
или голос заоблачный, или...
сам увидишь. В мои времена
этой мистике нас не учили -
дикой кошкой кидалась она
и корежила, чтобы ни бури,
ни любви, ни беды не искал,
испытавший на собственной шкуре
невозможного счастья оскал.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
