ранил, упала, лежу в траве,
надо мной васильков голубая арка,
солнце - косматый лев
прыгает на меня -
жарко, жарко.
Ближе, ближе... стреляй в висок,
наверняка, так, чтобы боль навылет...
Упала! кровь - васильковый сок,
вместо рук - крылья.
ранил, значит? боюсь не встать.
кольцо впивается в безымянный,
обручальные делал для нас кустарь,
видимо, пьяный.
ранил. упала, лежу в траве,
считаю наверх пролёты,
пытаюсь крикнуть: вернись, добей!
а в горле клёкот...
На окошке на фоне заката
дрянь какая-то жёлтым цвела.
В общежитии жиркомбината
некто Н., кроме прочих, жила.
И в легчайшем подпитье являясь,
я ей всякие розы дарил.
Раздеваясь, но не разуваясь,
несмешно о смешном говорил.
Трепетала надменная бровка,
матерок с алой губки слетал.
Говорить мне об этом неловко,
но я точно стихи ей читал.
Я читал ей о жизни поэта,
чётко к смерти поэта клоня.
И за это, за это, за это
эта Н. целовала меня.
Целовала меня и любила.
Разливала по кружкам вино.
О печальном смешно говорила.
Михалкова ценила кино.
Выходил я один на дорогу,
чуть шатаясь мотор тормозил.
Мимо кладбища, цирка, острога
вёз меня молчаливый дебил.
И грустил я, спросив сигарету,
что, какая б любовь ни была,
я однажды сюда не приеду.
А она меня очень ждала.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
