***
И женщина смотрела на ворону,
не отводя недвижимого взгляда,
и птица, то косилась робко в сторону,
как бы стесняясь, будто бы не надо,
смотреть, но не сносила натяжения
тугого — только тронь, и надорвётся —
и вот уже, нацелив клюв на женщину,
глядела ей в глаза. Покуда льётся нам
из окон ли — зеркальным отражением,
а, может, с неба — светом переполненным
не жизни птичьей, малой, натяжение,
не смерти человечьей, жаркой, огненной,
последняя минута, но молчание
законченной до выдоха телесности,
мы смотрим друг на друга нескончаемо,
ступенька за ступенькой, вниз по лестнице.
Вы, Нина, думаете, вы
нужны мне, что вы, я, увы,
люблю прелестницу Ирину,
а вы, увы, не таковы.
Ты полагаешь, Гриня, ты
мой друг единственный, — мечты!
Леонтьев, Дозморов и Лузин,
вот, Гриня, все мои кенты.
Леонтьев — гений и поэт,
и Дозморов, базару нет,
поэт, а Лузин — абсолютный
на РТИ авторитет.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
