"И похабничал я и скандалил
Для того, чтобы ярче гореть". А.Есенин
Таланты сгорают в угаре дурманов,
нам кажется - так непростительно рано -
не счесть алкоголиков и наркоманов.
Не тех по утрам их объятия будят,
друзья и подруги - не те их, не те,
лишь близят таланты к последней черте...
Удавка на шее всё туже и туже
и - в узел Гордиев сплетения судеб -
его не развяжешь, а только разрубишь!
Своею рукою приблизив финал,
поэт имярек "жив" на "жил" поменял...
И скажет, печалясь, иной обыватель,
кефира, овсянки и ЗОЖ почитатель:
"Ах, сколько бы мог ещё он написать-то!"
А если - нисколько, достигнут предел -
он высказал всё то, что мог и хотел,
ведь год шёл за пять, а кому-то - за десять
и в тридцать табличку успели повесить
на доме, где так безалаберно жил он,
на доме, где сутками пил и блудил он,
а после - над строками рвал себе жилы,
даря ощущенье полёта бескрылым
и шум парусов среди будничной мглы -
глухим, чтоб над нею подняться могли,
себя оторвав от вседневных рутин...
По жизни за всё и повсюду плати -
в тепле и уюте диванной нирваны
родишь красоту, но спасеньем не станешь
для болью измученной чьей-то души -
ни боль не унять, ни слезы осушить!
Коль хочешь стороннюю душу спасти,
ей стать оберегом, лозою обвить,
порою взимается высшая плата,
её никогда не решится внести
диванных "шедевров" расчётливый автор -
ведь спас-то выходит на личной крови...
* * *
Я думаю, любой признать готов:
"Москву кабацкую", "Охоту на волков"
не пишут в шёпоте зефирных ветерков.
"Не тех по утрам их объятия будят,
друзья и подруги - не те их, не те"
Недавно читал статью о том, как жёны и мужья рок- и поп-звёзд "помогали" их уходу. Там упоминались истории Курта Кобейна, Джона Леннона, Уитни Хьюстон и многих других. К сожалению, у личностей, масштабных в творчестве, часто "друзья и подруги - не те"
Спасибо за прочтение и инфу.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
В те времена в стране зубных врачей,
чьи дочери выписывают вещи
из Лондона, чьи стиснутые клещи
вздымают вверх на знамени ничей
Зуб Мудрости, я, прячущий во рту
развалины почище Парфенона,
шпион, лазутчик, пятая колонна
гнилой провинции - в быту
профессор красноречия - я жил
в колледже возле Главного из Пресных
Озер, куда из недорослей местных
был призван для вытягиванья жил.
Все то, что я писал в те времена,
сводилось неизбежно к многоточью.
Я падал, не расстегиваясь, на
постель свою. И ежели я ночью
отыскивал звезду на потолке,
она, согласно правилам сгоранья,
сбегала на подушку по щеке
быстрей, чем я загадывал желанье.
1972
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.