Минус столетие, плюс —
даже на полюсе вечная тает зима.
Минус рассвет, плюс —
ставит на место акценты корона-зараза.
Хрупкая жизнь —
на́ кон навалены козыри сколько есть разом.
В тесных застенках
бьются соседи за стенкой не на смерть. Сума
через столетие
трендом двадцатых голодную ветхую пасть,
требуя дань,
щерит и щемится сбоку ненужной приблудой.
Круг замыкается —
блудим без цели под шёпот язычника Блуда.
Прыгали к звёздам.
Надо же было так непреднамеренно пасть…
Минусы, плюсы… Нас — рать!
Молча в межмирье испуганно встала пехота —
семь миллиардов в разрытой ничейной по щиколотку полосе,
сзади — отживший, постылый…останутся мало, не все.
Это понятно, кому подыхать на задворках охота!..
На Рубикон
вышли. Кто первый скомандует грозно «Вперёд!»?
Войско растянуто
толстой змеей у чистилища нового мира.
Пару шагов —
цепь разорвать, не запачкать лица и мундира.
И головой
снова рискнут безголовые (этих и смерть не берёт).
Смерть не даёт
лет, обещаний, поблажки, расслабиться. Стоп!
Минус на минус —
пусть арифметика где-то хоть раз пригодится?
Смерть — это свет,
бьющий лучом из укола твоей ягодицы.
Пара шагов…
Свет принимает в слепящие руки и ловких, и недотёп.
Не отводи взгляда от Света, от нового мира, попался, не бойся, ну, вот
даже пророк слеп, не вангует, что в будущем — просто не может.
Чудятся лики в сиянии, мягким рефлексом играет улыбка на роже.
Во́ поле рать на широкой дороге стоит у открытых ворот.
Обычно мне хватает трёх ударов.
Второй всегда по пальцу, бляха-муха,
а первый и последний по гвоздю.
Я знаю жизнь. Теперь ему висеть
на этой даче до скончанья века,
коробиться от сырости, желтеть
от солнечных лучей и через год,
просроченному, сделаться причиной
неоднократных недоразумений,
смешных или печальных, с водевильным
оттенком.
Снять к чертям — и на растопку!
Но у кого поднимется рука?
А старое приспособленье для
учёта дней себя ещё покажет
и время уместит на острие
мгновения.
Какой-то здешний внук,
в летах, небритый, с сухостью во рту,
в каком-нибудь две тысячи весёлом
году придёт со спутницей в музей
(для галочки, Европа, как-никак).
Я знаю жизнь: музей с похмелья — мука,
осмотр шедевров через не могу.
И вдруг он замечает, бляха-муха,
охотников. Тех самых. На снегу.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
