Уходишь под вороньим граем,
да не уходишь, а бежишь
обрывистой тропою вниз,
и адом бывшая, и раем -
моя растраченная жизнь!
Гнобя ресурс души и тела,
если и ставшая примером,
то, как не следовало жить.
Уходишь под гудком причальным,
и на пороге не разжав
недвижных губ, расставшись с тайной...
Жизнь! Ты по прихоти случайной
сверкнула лезвием ножа,
лишь тыком в мертвенности навьей
к теплу своей груди прижав
от йоты йоту зыби мёртвой?
Иль было мне предназначенье?
Его в беспечности да лени,
не выполнила доли сотой,
не зная до черты последней;
постигла в час, когда реал
в глазах усталых исчезал...
На четверых нетронутое мыло,
Семейный день в разорванном кругу.
Нас не было. А если что и было –
Четыре грустных тени на снегу.
Там нож упал – и в землю не вонзится.
Там зеркало, в котором отразиться
Всем напряженьем кожи не смогу.
Прильну зрачком к трубе тридцатикратной –
У зрения отторгнуты права.
Где близкие мои? Где дом, где брат мой
И город мой? Где ветер и трава?
Стропила дней подрублены отъездом.
Безумный плотник в воздухе отвесном
Огромные расправил рукава.
Кто в смертный путь мне выгладил сорочку
И проводил медлительным двором?
Нас не было. Мы жили в одиночку.
Не до любви нам было вчетвером.
Ах, зеркало под суриком свекольным,
Безумный плотник с ножиком стекольным,
С рулеткой, с ватерпасом, с топором.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
