В свои веси,
восвояси,
ухожу.
Этой вестью
не виню,
и не грожу.
Надоело в городах мне,
ох, зело!
Ухожу я
в детства светлое село.
Где шумят весь день,
зелёнки зеленей,
волны моря,
где не воздух,
а елей.
Где шуршит мне
старше старого сосна
- Ты вернулась?
Повернулись времена?
- Повернулись.
Я одна теперь, одна.
Вот нырну,
вот оттолкнусь,
рванусь от дна...
Чтобы долго на губах -
солёный вкус,
чтоб упрямство
пробудилось
- Ну и пусть!
Ах вы ж олово ставрид,
да скумбрий синева.
Надо жить.
Болит?
Болит!
Так - так всегда.
Сперва.
Золотистого меда струя из бутылки текла
Так тягуче и долго, что молвить хозяйка успела:
- Здесь, в печальной Тавриде, куда нас судьба занесла,
Мы совсем не скучаем,- и через плечо поглядела.
Всюду Бахуса службы, как будто на свете одни
Сторожа и собаки, - идешь, никого не заметишь.
Как тяжелые бочки, спокойные катятся дни.
Далеко в шалаше голоса - не поймешь, не ответишь.
После чаю мы вышли в огромный коричневый сад,
Как ресницы на окнах опущены темные шторы.
Мимо белых колонн мы пошли посмотреть виноград,
Где воздушным стеклом обливаются сонные горы.
Я сказал: виноград, как старинная битва, живет,
Где курчавые всадники бьются в кудрявом порядке;
В каменистой Тавриде наука Эллады - и вот
Золотых десятин благородные, ржавые грядки.
Ну, а в комнате белой, как прялка, стоит тишина,
Пахнет уксусом, краской и свежим вином из подвала.
Помнишь, в греческом доме: любимая всеми жена,-
Не Елена - другая, - как долго она вышивала?
Золотое руно, где же ты, золотое руно?
Всю дорогу шумели морские тяжелые волны,
И, покинув корабль, натрудивший в морях полотно,
Одиссей возвратился, пространством и временем полный.
11 августа 1917, Алушта
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
