Писать в надежде, чтобы прочитали.
Бить кулаками в грудь, надеясь позовут.
Да я плевать хотел, так чтобы вы все знали,
Я в этой жизни просто-напросто лишь шут.
И я пою под реквием Шопена,
Пусть крутит кто-то пальцем у виска.
Расшатаный помост, немая сцена,
Улыбка до ушей, в глазах тоска.
Никем не понят и под свист оплеван.
Я тупо ржу, под осужденья взор.
А вы любовно гладите оковы,
Наивно наблюдая мой позор.
Я в этом мире, как дурак в психушке,
Смотрю на небо сквозь решётки плен.
Но лучше так, чем быть безвольной тушкой.
И хавать ложкой перегнивший тлен.
Так начинают. Года в два
От мамки рвутся в тьму мелодий,
Щебечут, свищут, — а слова
Являются о третьем годе.
Так начинают понимать.
И в шуме пущенной турбины
Мерещится, что мать — не мать
Что ты — не ты, что дом — чужбина.
Что делать страшной красоте
Присевшей на скамью сирени,
Когда и впрямь не красть детей?
Так возникают подозренья.
Так зреют страхи. Как он даст
Звезде превысить досяганье,
Когда он — Фауст, когда — фантаст?
Так начинаются цыгане.
Так открываются, паря
Поверх плетней, где быть домам бы,
Внезапные, как вздох, моря.
Так будут начинаться ямбы.
Так ночи летние, ничком
Упав в овсы с мольбой: исполнься,
Грозят заре твоим зрачком,
Так затевают ссоры с солнцем.
Так начинают жить стихом.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
