За лесистым горизонтом скрылись горы.
И с тех пор горизонталь моя подруга.
Безусловно, Питер самый лучший город,
Но меня неодолимо тянет к югу.
На Васильевском привычно дремлют сфинксы,
Не заметив в долгой спячке ход столетий.
А тем временем волнительно на Финском,
Там срывает паруса попутный ветер.
Все сильнее мне мерещится южанка…
В голове кругами мысли хороводят:
Если вывернуть планету наизнанку,
Станут степи и равнины мелководьем.
Запеку на ужин яблоко с корицей,
Чтобы выйти из вечернего минора.
“Если выпало в империи родиться,
Лучше жить в глухой провинции у моря…”
Я был только тем, чего
ты касалась ладонью,
над чем в глухую, воронью
ночь склоняла чело.
Я был лишь тем, что ты
там, снизу, различала:
смутный облик сначала,
много позже - черты.
Это ты, горяча,
ошую, одесную
раковину ушную
мне творила, шепча.
Это ты, теребя
штору, в сырую полость
рта вложила мне голос,
окликавший тебя.
Я был попросту слеп.
Ты, возникая, прячась,
даровала мне зрячесть.
Так оставляют след.
Так творятся миры.
Так, сотворив их, часто
оставляют вращаться,
расточая дары.
Так, бросаем то в жар,
то в холод, то в свет, то в темень,
в мирозданьи потерян,
кружится шар.
1982
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
