Eще сильны морозы,
Ветров лихих угрозы,
Но уж цветы мимозы -
Лекарство ото сна,
Я чувствую дыханье,
Прозрачных луж сиянье,
Птиц райских щебетанье -
Идет, идет Она,
Как Неба избавленье,
Прекрасное виденье,
Восторг и вдохновенье -
Владычица Весна!
Надежду посылает,
И чувствует, и знает,
Как сердце расцветает
В предчувствии тепла,
И Небо к нам все ближе,
И Ангелов предвижу,
И Хор Небесный слышу,
Спускается светла
Любовь - дыханье Неба,
Глоток вина и хлеба,
И колесница Феба
Несет ее легка!
Любовь в ней - откровенье,
Небесное виденье,
От смерти избавленье,
Навечно! На века!
Еще сильны морозы...
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Выходим мы на улицу
(Как будто первые цветы -
На тонких ножках жмурятся,
Еще бесцветны и слабы)
И щуримся на яркий свет
С улыбкой слабою - тепло!
(Ах, наконец-то все прошло
И серый цвет ушел на нет)
Весна ликует и поет,
Деревья рады и кусты,
Лежит на травке рыжий кот
Мурлычет сам себе в усы.
Он выжить в холод зимний смог!
И в голод, в стужу - он живой!
И, растянувшись, греет бок,
И щурится, как мы с тобой.
Приветствую тебя, Весна!
Болезни прочь, хандра, застой!
Я за победу пью до дна
Весны над вражеской зимой!
________________________________6 марта 2024 г.
Мне очень понравилась вторая часть, особенно сравнение с первыми цветами, сильно-метафорично.
Спасибо!
А эти строки - тоже намек:
Я за победу пью до дна
Весны над вражеской зимой!)
Согласен с rash1979. Люди-подснежники (после зимы, де еще не отошедшие от игр с "Короной"), тем не менее, "Выходим мы на улицу"... Точно и емко! Луиза, а пусть Кот
"Мурлычет сам себе в усы"?
А пусть мурлычет! Так лучше) Переправляю - спасибо!
А с "Короной" мы не играли, а воевали) И зима поэтому - враждебная у меня в стихе)
Блин, с баллами протормозил.
Не страшно) Вот и блины скоро есть будем) Масленица грядет!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Эту книгу мне когда-то
В коридоре Госиздата
Подарил один поэт;
Книга порвана, измята,
И в живых поэта нет.
Говорили, что в обличьи
У поэта нечто птичье
И египетское есть;
Было нищее величье
И задерганная честь.
Как боялся он пространства
Коридоров! постоянства
Кредиторов! Он как дар
В диком приступе жеманства
Принимал свой гонорар.
Так елозит по экрану
С реверансами, как спьяну,
Старый клоун в котелке
И, как трезвый, прячет рану
Под жилеткой на пике.
Оперенный рифмой парной,
Кончен подвиг календарный,-
Добрый путь тебе, прощай!
Здравствуй, праздник гонорарный,
Черный белый каравай!
Гнутым словом забавлялся,
Птичьим клювом улыбался,
Встречных с лету брал в зажим,
Одиночества боялся
И стихи читал чужим.
Так и надо жить поэту.
Я и сам сную по свету,
Одиночества боюсь,
В сотый раз за книгу эту
В одиночестве берусь.
Там в стихах пейзажей мало,
Только бестолочь вокзала
И театра кутерьма,
Только люди как попало,
Рынок, очередь, тюрьма.
Жизнь, должно быть, наболтала,
Наплела судьба сама.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.