Ах, ты даль сентября золотая -
В моем сердце тревога да верность.
Звуки сизой земли улетают
В ледяных облаков эфемерность.
И курлычет, стираясь, стая,
Отправляясь в другую жизнь:
Эта вера немного другая,
Эта вера иным дорожит.
Раньше, полная взглядом и вздохами,
Чистой дрожью бежала по коже.
А теперь она тихая, легкая.
Оттого и еще дороже.
С крика птиц, что крыла распростерли
К южным звездам небесной дороги,
Отдается сухим комом в горле,
Изнутри чем-то очень глубоким.
И стирается голос стаи,
Но оставшимся крики ясны:
Эта вера совсем другая,
Эта вера в тебе до весны.
Я пережил и многое, и многих,
И многому изведал цену я;
Теперь влачусь в одних пределах строгих
Известного размера бытия.
Мой горизонт и сумрачен, и близок,
И с каждым днём всё ближе и темней.
Усталых дум моих полёт стал низок,
И мир души безлюдней и бедней.
Не заношусь вперёд мечтою жадной,
Надежды глас замолк, — и на пути,
Протоптанном действительностью хладной,
Уж новых мне следов не провести.
Как ни тяжёл мне был мой век суровый,
Хоть житницы моей запас и мал,
Но ждать ли мне безумно жатвы новой,
Когда уж снег из зимних туч напал?
По бороздам серпом пожатой пашни
Найдёшь ещё, быть может, жизни след;
Во мне найдёшь, быть может, след вчерашний, —
Но ничего уж завтрашнего нет.
Жизнь разочлась со мной; она не в силах
Мне то отдать, что у меня взяла,
И что земля в глухих своих могилах
Безжалостно навеки погребла.
1837
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
