Был жизни тайный час ночной,
Когда не знаешь сон ли это.
Плыл грустный месяц молодой
И в окна лил потоки света.
Свет проходил сквозь шёлк гардин,
Смягчая сумрак комнат мрачный.
Я в доме был совсем один,
Смотрел на этот свет прозрачный.
А в небе мчались облака,
В них плыл устало месяц бледный.
Глядел он в окна свысока
С усмешкою едва заметной.
Казалось, говорил: «Не спи!
В такие колдовские ночи
Порой сбываются мечты.
Мой свет любого заморочит».
И правда, в кресле у окна
Сидела женщина вся в белом.
Красива, молода, бледна,
Как будто бы чуть-чуть робела.
Так много беспокойных дней
Мы пережили с ней когда-то.
Быть вместе было всё трудней –
Жизнь часто ссорами чревата.
Любили мы, как могут те,
Кто заблуждались часто вместе.
Кто в дней привычной череде –
Две партии в одном оркестре.
И вот, казалось, с ней опять
Свиданье на исходе жизни.
Вернуть всё может месяц вспять –
Рогатый, рыжий и капризный.
Продолжается долгая повесть
безо всякой сюжетной канвы,
дождь полощет шершавую полость —
полость рта пациентки Москвы.
Распласталась на каменном кресле
и боится, предчувствуя боль,
краном в корни окраин залезли,
как машинкой с приставкою «бор».
Не кричать... Потерпеть полминуты...
Не кусать за мизинец врача...
Влажным воздухом клёны надуты,
заговоры свои лепеча.
Феб с фронтона Большого театра
не успел поменять лошадей...
Жизнь и смерть и леченье — бесплатно
Пожалей её, ну, пожалей.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
