Я, друзья, как лошадь, утром ем овсянку,
Как кобель смотрю я на соседку Анку,
Как осёл, упрям я, попкою гутарю,
и от жизни часто получаю в харю.
Я, как слон, слоняюсь часто по округе,
и волчару вижу даже в лучшем друге.
Мёрзну, как собака, во дворе зимою,
А проснувшись, кошкой морду лапой мою.
И как лев рычу я, хохочу гиеной:
«Что-то надо делать с этой жизнью бренной,
С этой жизнью бренной надо что-то делать?».
Но строчу я строчки, братцы, неумело…
Нас тихо сживает со света
и ласково сводит с ума
покладистых - музыка эта,
строптивых - музыка сама.
Ну чем, как не этим, в Париже
заняться - сгореть изнутри?
Цыганское "по-го-во-ри-же"
вот так по слогам повтори.
И произнесённое трижды
на север, на ветер, навзрыд -
оно не обманет. Поди ж ты,
горит. Как солома горит!
Поехали, сено-солома,
листва на бульварном кольце...
И запахом мяса сырого
дымок отзовётся в конце.
А музыка ахнет гитаркой,
пускаясь наперегонки,
слабея и делаясь яркой,
как в поле ночном огоньки.
1995
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
