Почему-то не стал заходить,
А я так люблю твои шаржи.
Моего вдохновения стражи
Тихо плачут, намокло перо —
Все пишу, но не так и не то...
Вдохновенье меня не куражит,
Каждый день я печальней, я старше, —
Затуманила осень стекло...
Я грущу, ведь все листья опали,
Ветви черные — грани печали,
Вы окутали сплином, молчаньем —
Паутины намокшей ярмо
Тихо тянете к долу на дно.
Почему-то сжимается сердце,
И никак не могу я согреться,
Выпить что ли глинтвейна мне с перцем
Иль раскинуть карты Таро?
Ах, оставьте, все это не то...
Отпусти меня, осень, — устала,
Так хочу я взлететь над порталом
Тихим листиком, грустным и слабым,
В тихий свет, — о, это не мало! —
В тихий свет, в тихий час, в синеву...
Лишь во сне я над небом летаю,
А проснувшись — как листик из рая,
Я на ветке... плачу и каюсь,
Вызывая досаду и жалость,
Превращаясь в сплошную мольбу...
Там полегче — понятное дело! —
Надоело носить свое тело,
Маневрировать так неумело,
А хотелось бы просто парить,
Наслаждаясь, без боли и страха
И без ужаса смерти и краха,
Все познать, как пророки Аллаха,
Как святые — тихо любить!
"Ветви черные — грани печали", "Надоело носить свое тело" - это здорово!
Спасибо, Нил))
Такая красота ранней осенью, а потом и цветной ковер превращается в черную грязь, и ветки с яркими листьями становятся черными гранями печали)
Осень пишет портрет на стекле
Вместо кисти дожди и туманы,
Страж - фонарь утопает во мгле,
Аромат кардамона, шафрана,
Тишина. Белый лист на столе.
Тёплый плед, и коварство дивана...
Одинокий бокал с божоле
И печаль тонким слоем пати́ны,
Оживает портрет на стекле,
Снова чудится голос мужчины.
Весь исчёрканый лист на столе.
Суета. Обмельчали глубины.
Осень. Сплин. Оборвался полёт
Под ногами досада и жалость
Стылый ветер молитву поёт
Веры только на до́нце осталось.
Плагиатом наполнен блокнот,
Навалилась душевная вялость.
Александр, привет! Спасибо за оборотку! В Вас пропадает дар импровизатора! Сразу не ответила, т.к. меня смутил "плагиатом наполненный блокнот"!))) Так ли уж хорошо Вы ко мне относитесь?!) То я большой кукиш у Вас показываю, то занимаюсь плагиатом?!) Будем считать это очередной шуткой)) Всегда жду Вас на своей странице. С приветом из Белоруссии,Луиза)
А у нас погода сейчас, как в Англии)
Ну, вас то я точно не имел ввиду, всё это посвящено ЛГ, А плагиат потому что в описанной ситуации собственные мысли лежат в уютной норке, и ни как их не выковырять оттуда. А свято место пусть не бывает, и приходят в гости мысли чужие, подсмотренные или подслушанные где-то...
Сандро, уж чесслово, мысли мои и слова мои. А образ листика оторванного использовала давно, еще когда папа умер, когда стихи на годовщину писала. Что же поделать, что образ оторванного листка и другие образы приходят многим поэтам. Я, помню, использовала этот образ не обращаясь к другим авторам, просто почувствовала себя одиноким оторваным листком без поддержки, без привязки к ветке. Так и другие могут почувствовать и не обязательно это плагиат. Все о чем я здесь написала, мысли мои) Мы же все изобретаем вторично велосипед)) Творим одно и то же. Изобретателей так мало) Но для себя - мы творцы, изобретатели, потому что у каждого свой путь познания)
Стихотворение погружает в интимный внутренний мир, где осень и осенние образы отражают эмоциональное состояние лирической героини. Уже с первых строк проявляется борьба с вдохновением: «Моего вдохновения стражи тихо плачут, намокло перо».
Текст движется через три стадии: печаль и застой, отчаяние и поиск утешения, желание полёта и освобождения. Центральные образы — ветви, паутина, намокший листик — создают символическое напряжение, а финальный мотив полёта в «тихий свет» выражает стремление к внутренней гармонии и духовной свободе.
Ритм и язык просты, но насыщены эмоциональной интонацией. Символика листика и осени, повторяющийся рефрен «в тихий свет, в тихий час, в синеву» создаёт плавное движение к духовному подъёму.
В итоге стихотворение впечатляет эмоциональной искренностью, символической выразительностью и философской глубиной, оставляя ощущение грусти и тихой радости, словно предчувствие полёта над осенним миром.
Спасибо за такой подарок, Сандро! Замечательная рецензия! Она сама по себе произведение искусства и предлагает посмотреть на стихи с других точек зрения.:) Спасибо!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Когда менты мне репу расшибут,
лишив меня и разума и чести
за хмель, за матерок, за то, что тут
ЗДЕСЬ САТЬ НЕЛЬЗЯ МОЛЧАТЬ СТОЯТЬ НА МЕСТЕ.
Тогда, наверно, вырвется вовне,
потянется по сумрачным кварталам
былое или снившееся мне —
затейливым и тихим карнавалом.
Наташа. Саша. Лёша. Алексей.
Пьеро, сложивший лодочкой ладони.
Шарманщик в окруженьи голубей.
Русалки. Гномы. Ангелы и кони.
Училки. Подхалимы. Подлецы.
Два прапорщика из военкомата.
Киношные смешные мертвецы,
исчадье пластилинового ада.
Денис Давыдов. Батюшков смешной.
Некрасов желчный.
Вяземский усталый.
Весталка, что склонялась надо мной,
и фея, что мой дом оберегала.
И проч., и проч., и проч., и проч., и проч.
Я сам не знаю то, что знает память.
Идите к чёрту, удаляйтесь в ночь.
От силы две строфы могу добавить.
Три женщины. Три школьницы. Одна
с косичками, другая в платье строгом,
закрашена у третьей седина.
За всех троих отвечу перед Богом.
Мы умерли. Озвучит сей предмет
музыкою, что мной была любима,
за три рубля запроданный кларнет
безвестного Синявина Вадима.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.