«И на душе всего одно –
загадочная нега –
сидеть, курить, смотреть в окно,
читая книгу снега».
Н. Артюшкин
Бескровное лицо в простых очках,
заточенное вниз, как козье вымя.
Он прячет тело в сигаретном дыме,
с изяществом скрипичного смычка
пуская в воздух кольца изо рта;
мы говорим про стол, но изучаем
не стол, а стольность, и, упившись чаем,
не понимаем в этом ни черта.
В Казани – осень. Сумасбродство птиц,
стремящихся ретироваться в лето:
их окоём, не знающий границ,
не терпит местных ливней и скелетов
берёз, акаций и осин. Шумят
автомобили на проезжей части.
С утра дождит – куда ни кинешь взгляд.
Всё это кончится, на наше счастье.
На наше счастье, осень – не Кощей
из сказок, отягчённый долголетьем,
и вслед за ней, по логике вещей,
примчится оголтелый зимний ветер.
Октябрь – скоро будет первый снег.
Ну а пока – читать другие книги
и говорить, что двадцать первый век,
как пакостный роман, лишён интриги.
Он был красив, как сто чертей,
Имел любовниц всех мастей,
Любил животных и детей
И был со всеми мил…
Да полно, так ли уж права
Была жестокая молва,
Швырнув вослед ему слова:
"Он Пушкина убил!"?
Он навсегда покинул свет,
И табаком засыпал след,
И даже плащ сменил на плед,
Чтоб мир о нем забыл…
Но где б он ни был – тут и там
При нем стихал ребячий гам
И дети спрашивали: "Мам,
Он Пушкина убил?"
Как говорится, все течет,
Любая память есть почет,
И потому – на кой нам черт
Гадать, каким он был?..
Да нам плевать, каким он был,
Какую музыку любил,
Какого сорта кофий пил, –
Он Пушкина убил!..
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
