За балконной дверью ее рай, ее знакомые тени,
пришлось опять начать курить, чтобы выйти за дверь.
И семеро этажей замерли в ожиданьи паденья,
и двенадцать слепых окон спрашивают "куда теперь?".
А когда она спит, из ее глаз растут фиолетовые цветы,
а что той ночи, совсем ничего - посреди неба встречают утро.
И с тех пор когда с ней перешли на "ты"
я считаю не доставшиеся нам минуты.
А за балконной дверью ее запах, коричный запах ее тела.
И почти посредине неба я вижу стебли и скоро светает.
Если та огонь, почему тогда нет тепла,
если та душа, то тогда почему не летает.
Когда она спит, она вздыхает тревожно и легко,
и город такой знакомый родной и белый.
И видно как в центре неба, совсем недалеко
фиолетовые цветы достигают своего предела.
- Ты мне снился сегодня. - напишет - опять не спал?
Я зажму пальцем скобки, мне проще сейчас шутить.
И с разлитыми в небе чернилами я займу опять свой пьедестал,
За балконною дверью услышу - "сколько можно курить".
Назо к смерти не готов.
Оттого угрюм.
От сарматских холодов
в беспорядке ум.
Ближе Рима ты, звезда.
Ближе Рима смерть.
Преимущество: туда
можно посмотреть.
Назо к смерти не готов.
Ближе (через Понт,
опустевший от судов)
Рима - горизонт.
Ближе Рима - Орион
между туч сквозит.
Римом звать его? А он?
Он ли возразит.
Точно так свеча во тьму
далеко видна.
Не готов? А кто к нему
ближе, чем она?
Римом звать ее? Любить?
Изредка взывать?
Потому что в смерти быть,
в Риме не бывать.
Назо, Рима не тревожь.
Уж не помнишь сам
тех, кому ты письма шлешь.
Может, мертвецам.
По привычке. Уточни
(здесь не до обид)
адрес. Рим ты зачеркни
и поставь: Аид.
1964 - 1965
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
