В нём полуснег, и небо серой стали,
светила ржавого не виден оборот.
Дворцы под плесенью и улицы устали
лежать в грязи и восхищать народ.
Скрипит вода под мощными мостами,
деревьев строй похож на ряд крестов.
На детских горках греются мечтами,
сжигая дух свободы вместо дров.
Нам снежный дождь за шиворот холодный
нальёт священного проклятия болот.
Дух, запертый в себе, герой голодный,
вычерчивает формулы свобод.
Трещат дома, замученные болью,
еще стремящиеся старость обмануть.
Но пресная Нева терзает солью,
тревожа раны и смывая путь,
стирая память, унося в потоке
моих друзей, слова-пустышки вдаль.
Нас от болот спустила до порока,
став нечитаемой, священная скрижаль.
Но люди пьют под жёлтым светофором
за счастье, за любовь под скрип небес —
мы все свободны. Но опять с позором
в себе скрываем рабство. Здравствуй, бес,
Цыганка ввалится, мотая юбкою,
В вокзал с младенцем на весу.
Художник слова, над четвёртой рюмкою
Сидишь — и ни в одном глазу.
Ещё нагляднее от пойла жгучего
Все-все художества твои.
Бери за образец коллегу Тютчева —
Молчи, короче, и таи.
Косясь на выпивку, частит пророчица,
Но не содержит эта речь
И малой новости, какой захочется
Купе курящее развлечь.
Играет музычка, мигает лампочка,
И ну буфетчица зевать,
Что самое-де время лавочку
Прикрыть и выручку сдавать.
Шуршат по насыпи чужие особи.
Диспетчер зазывает в путь.
А ты сидишь, как Меншиков в Берёзове, —
Иди уже куда-нибудь.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
