Мосье, префектуре не стоит прослушивать сны,
я слишком преступник, чтоб громко дышать в микрофоны.
Клыки, что пробили арбузную мякоть десны,
прокусят прослушку, как тысячи юных грифонов.
Мосье, я виновна: диагноз – перфекционизм,
готова хоть сутками драить лимонною коркой
чернильные кисти, и слушать, как катятся вниз
убитые внутренним ядом личиночки водки,
как в прошлое сходит индефинит, рвётся в перфект,
презент опечатанный – жалко срывать с него ленту…
…Инспектор, здесь мало скелетов – здесь дрыхнет инсект,
и ящик шуршит колыбельную piano и lento,
и, вздрогнув, трюмо размножает помады и пудр
восточную магию в стиле «любовниц» Кар-Вая,
похожих на до- и на после-, в предчувствии утр
покинутых между рыданьем и стоном трамвая,
заброшенных в поиске – прежней…
Мосье, режиссёр –
увы, априори преступник, а мне бы – мечталось…
Давайте оставим бессмысленный тягостный спор –
проворней - вещей приговор. Принимаю, как данность,
трясущийся пудинг, вовсю шепелявящий кран,
разбивший аквариум, съеденный кошкой карасик…
Шиповник колючими лапками рвётся в гортань,
он знает, что я – его самая лучшая ваза…
Мосье, в префектуру не стоит…
Здесь следствует дом,
он очень суров – обвиняемой сложно придётся…
Я – слишком анатом: мне хочется жить под ребром
и в рыхлом желудке искать соломоновы кольца.
Я – слишком преступница, чтобы довериться – вам!
Поверьте, меня здесь накажут куда уж похлеще…
… инсект разгрызает мой письменный стол на дрова.
Скелеты встают. И отчаянно ищут одежду…
Это вот показалось наиболее гармоничным, цельным из опубликованного. Ваши стихи - колючий кустарник, через который очень непросто продираться. С одной стороны, чувствуется профессионализм, прекрасное владение языковыми средствами, метафорой (этим всем у вас невозможно не залюбоваться), с другой - это вот самое продирание сквозь остроугольную аллитерацию (здесь вот, на мой взгляд, явный переизбыток всяких гр, нс, нд и прочей полулатиницы, от которой даже молча язык просто заплетается). Опять же - ваш текст очень насыщен образами, никто не говорит, что это плохо, но, честно говоря, я не уверен, что можно так давить этим изобилием на слабые читательские мозги :)
знаете, личноя очень надеюсь - отчасти, хотя, - что эти все аллитерации и т.д. со временем отойдут. когда наиграюсь, что ли...
на тему аллитераций - есть штучка, к-рой здесь нет
сплошное чч
надо будет просто для смеху показать как-то
сложность осознаю...и только.
ну а раз у вас улыбочка в конце, я немножечко задиристо скажу, что мозги нужно накачивать) ну, эт не к вам, а к слабым читателям в общем и с улыбкой)
а если серьёзно, давить не стоит
всё проблема в том, чтоя никак не могу осознать, что то, что кому-то просто, может быть не так уж просто для большинства.
и это не только метафор касается(
Футы-нуты, какие мы перфектные да продвинутые! 99-й процентиль не иначе... А мы типа вчера с деревьев слезли. Но вот вам Бунин И.А. (далеко не самый последний человек в смысле интеллекта, правда?) "Я полагаю, раз оно заумное, то, значит, по ту сторону ума, то есть глупость."
"похлеще-одежду" - оригинальная рифма, устали от глубоких мыслей наверное...
глупость - значит, так тому и быть
Бунин И.А. - человеком был не очень хорошим, хотя в интеллекте ему не откажешь. А про вас могу сказать первое, в второго - не могу - как-то глупо то, что вы делаете. В что-нить пишите, критек суровый? Стихи, прозу, эссе? Образумте нас неразумных плз, ато все уже робеем
Не, Ваня Бунин - человек хороший, и, безусловно умный, только малость ограниченный в возрениях. Нельзя его винить: революция, лишения, смерть сына, гибель всего, что он любил. А когда он Нобеля получил, то у него совсем крышу сорвало. Его фраза про "за гранью ума" как раз следствие этой ограниченности. За гранью естественного находится как плюс (свехестественное), так и минус (противоестественное). За гранью ума - запредельное и глупое. Просто, ширше надо смотреть, как говорил гайдаевский Федя. Стихи вообще вещь заумная (т.е. по Бунину - глупость). В жизни стихами не разговаривают :)
Бунина И.А. я очень любил - кстати был моим вторым прозаиком после Чехова - лет так с 18ти до 20ти. Но вот слово "сублимакция" осозналось у меня начиная с его рассказов 1912го года, которые он писал в одиночестве на небызесвестном острове Капри... А про "в жизни стихами" - не смотрел ли ты старый совстекий фильм, не помню как назывется, где описывалось, как в неандертальском прошлом было племя (от которгого видимо произошел советский человек) - где люди общались исключительно стихами - и создав машину времени советский человек туда попал и сильно удивился
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Имя Пушкинского Дома
В Академии Наук!
Звук понятный и знакомый,
Не пустой для сердца звук!
Это — звоны ледоходе
На торжественной реке,
Перекличка парохода
С пароходом вдалеке.
Это — древний Сфинкс, глядящий
Вслед медлительной волне,
Всадник бронзовый, летящий
На недвижном скакуне.
Наши страстные печали
Над таинственной Невой,
Как мы черный день встречали
Белой ночью огневой.
Что за пламенные дали
Открывала нам река!
Но не эти дни мы звали,
А грядущие века.
Пропуская дней гнетущих
Кратковременный обман,
Прозревали дней грядущих
Сине-розовый туман.
Пушкин! Тайную свободу
Пели мы вослед тебе!
Дай нам руку в непогоду,
Помоги в немой борьбе!
Не твоих ли звуков сладость
Вдохновляла в те года?
Не твоя ли, Пушкин, радость
Окрыляла нас тогда?
Вот зачем такой знакомый
И родной для сердца звук —
Имя Пушкинского Дома
В Академии Наук.
Вот зачем, в часы заката
Уходя в ночную тьму,
С белой площади Сената
Тихо кланяюсь ему.
11 февраля 1921
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.