Полный газ, вдавливая педаль,
Простыни замусоленной.
Двести, двести пятьдесят, двести восемьдесят.
Серая тапочка перевернута, не дотянуться,
Деревья мелькают, сливаются в зеленое озеро.
Пахнет резиной, лекарством.
Шлем не потеет, странно, раньше потел.
Пепельница полная – позвать бы, да ладно...
Выжать все, из него, из себя, из дороги.
И при этом
Не упасть
С кровати,
В дороге, в гонке, в вираже...
После второго укола,
И уже не болит...
Почти...
Почти...
По...
На раздробленной ноге приковыляла,
У норы свернулася в кольцо.
Тонкой прошвой кровь отмежевала
На снегу дремучее лицо.
Ей все бластился в колючем дыме выстрел,
Колыхалася в глазах лесная топь.
Из кустов косматый ветер взбыстрил
И рассыпал звонистую дробь.
Как желна, над нею мгла металась,
Мокрый вечер липок был и ал.
Голова тревожно подымалась,
И язык на ране застывал.
Желтый хвост упал в метель пожаром,
На губах - как прелая морковь...
Пахло инеем и глиняным угаром,
А в ощур сочилась тихо кровь.
1916
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
