Мало того, что метафоры светят
Через решётки твоей нейрокаши едва,
Мало того, что помалу слова
Ты собираешь со дна разрежённо-нечёткой
Сублингвистической лужи, и мало-помалу
Веришь туманом души, что авось не заметят,
Что внутри-то ты пуст, и что в пене твоя голова,
И что лодку качаешь сейчас просто так, просто так,
И ты веришь, что ты не м***к, а, пусть маленький, но современный поэт,
И из малого слова-мышонка
Как вшей
Ты талантом повычесал бред,
И теперь, за преградами слов в неритмичном стихе,
Ты помалу поверил себе, и руке
Больше нет ни малейшего смысла калякать слова,
И пуста, и чиста наконец-то твоя голова,
А метафора, будучи изганной, светит святой пустотой,
И за окнами мрак, и дождливый и вкрадчивый лепет пустой
На асфальтовых лужах, как будто на пухлых губах грудничка, пузыри
Образует; цветные гирлянды Москвы там, вдали,
Перестроят себя в зодиак более прихотливый и добрый,
Не меняясь местами друг с другом - меняя в тебе и тобой
Чёртов душный порядок решёток, образуя просвет,
Сквозь которой видны океаны зелёные миль
И облака световые пронзительных лет;
И помалу цветные потоки захватят и тело, и душу,
И теперь удивляйся,
И теперь знай себе эту музыку слушай,
И в ответ не потребуй ни пищи, ни крова земного,
Но молись, чтобы этот престранный, загадочный штиль
И течение вакуума под ногами
Продолжались и гнали вперёд твою пневму и психе,
И молись, чтобы если ты малость
(а хоть даже не малость, а хоть даже всерьёз) превращаешься в психа,
И твой корпус причалил давно к лепрозорию духом несильных
И прикован к каталке насильно... чтоб было тебе всё равно,
Чтоб оставили самую малость тебя путешествовать к звёздам,
И дозваться бы чтоб не смогли вплоть до слов "слишком поздно",
Чтоб оставили тело от духа бы розным
До последнего часа
Губами
Пускать пузыри.
Словно тетерев, песней победной
развлекая друзей на заре,
ты обучишься, юноша бледный,
и размерам, и прочей муре,
за стаканом, в ночных разговорах
насобачишься, видит Господь,
наводить иронический шорох -
что орехи ладонью колоть,
уяснишь ремесло человечье,
и еще навостришься, строка,
обихаживать хитрою речью
неподкупную твердь языка.
Но нежданное что-то случится
за границею той чепухи,
что на гладкой журнальной странице
выдавала себя за стихи.
Что-то страшное грянет за устьем
той реки, где и смерть нипочем, -
серафим шестикрылый, допустим,
с окровавленным, ржавым мечом,
или голос заоблачный, или...
сам увидишь. В мои времена
этой мистике нас не учили -
дикой кошкой кидалась она
и корежила, чтобы ни бури,
ни любви, ни беды не искал,
испытавший на собственной шкуре
невозможного счастья оскал.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
