Пианино. Пыль. Яблони в цвету.
Телефон с утра. Кислый вкус во рту.
Комната стара. Клавиши серы.
Треснет голова от её игры.
Пальцы-узелки. - Хочешь коньяка?
Вечность от тоски прыгнула в стакан.
Размешай её, чтоб и след простыл.
На погосте вновь белые кресты.
Так из года в год. Так из века в век -
Пианино, кот, музы в голове,
Голубая кровь, премии и стаж.
Ночью кто-то вновь облевал этаж.
Надоела смерть. Впрочем, как и жизнь.
Можешь не снимать, главное - ложись.
Пианино вновь выдало этюд.
Безнадёга, блядь. Нас уже не ждут.
Я на крыше паровоза ехал в город Уфалей
и обеими руками обнимал моих друзей —
Водяного с Черепахой, щуря детские глаза.
Над ушами и носами пролетали небеса.
Можно лечь на синий воздух и почти что полететь,
на бескрайние просторы влажным взором посмотреть:
лес налево, луг направо, лесовозы, трактора.
Вот бродяги-работяги поправляются с утра.
Вот с корзинами маячат бабки, дети — грибники.
Моют хмурые ребята мотоциклы у реки.
Можно лечь на теплый ветер и подумать-полежать:
может, правда нам отсюда никуда не уезжать?
А иначе даром, что ли, желторотый дуралей —
я на крыше паровоза ехал в город Уфалей!
И на каждом на вагоне, волей вольною пьяна,
«Приму» ехала курила вся свердловская шпана.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
