я уезжаю. Теперь мы оба
пятками не ощущая шага,
время, как обувь, меняем, чтобы
чайки и прочая шняга,
чтобы потом заливать редбулом,
резать стихами, бросаться с пирса,
спрашивать: «В эту дыру от пули
что занесло, Вас, пирсинг?»
и создавая себе кумиров,
между крестами копая ямбы –
с мира по нитке вольфрама, миру
по узнику лампы.
я уезжаю. Печаль и ливни,
милая, что нам волна морская,
двери твои, как последние гривны
на ветер
сейчас
пускаю
"Борис Борисыч, просим вас читать
стихи у нас". Как бойко, твою мать.
"Клуб эстети". Повесишь трубку: дура,
иди ищи другого дурака.
И комом в горле дикая тоска:
хуе-мое, угу, литература.
Ты в пионерский лагерь отъезжал:
тайком подругу Юлю целовал
всю смену, было горько расставаться,
но пионерский громыхал отряд:
"Нам никогда не будет 60,
а лишь 4 раза по 15!"
Лет пять уже не снится, как ебешь, -
от скуки просыпаешься, идешь
по направленью ванной, таулета
и, втискивая в зеркало портрет
свой собственный - побриться на предмет,
шарахаешься: кто это? Кто это?
Да это ты! Небритый и худой.
Тут, в зеркале, с порезанной губой.
Издерганный, но все-таки прекрасный,
надменный и веселый Б. Б. Р.,
безвкусицей что счел бы, например,
порезать вены бритвой безопасной.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
